Храмы Ярославской области

Переславский район

Дата публикации или обновления 04.11.2017
  • Храмы Ярославской области
  • Создано с использованием книг протоиерея Олега Пэнежко.
  • Село Фалелеево

    Церковь Покрова Пресвятой Богородицы

    В XVI в. село было государевым. В 1556 г. Иоанн Грозный дал селу уставную грамоту, по которой «от ключнича и от постельнича суда и от их пошлинных людей» крестьян фалелеевских «отставил» и повелел «быти у них в судьях того же села крестьянам, которых они выбрали». В 1564 г. тот же царь пожаловал Фалелеево со всеми угодьями Переславскому Никитскому монастырю. В 1628 г по писцовым книгам в селе числились двор монастырский, 5 дворов детёнышей для монастырской пашни, 2 двора крестьян, 4 бобыльских и 2 пустых. В начале XVIII в. число жителей села увеличилось в несколько раз. По описи 1702 г. в селе двор монастырский , 40 дворов крестьян, 13 бобыльских, 4 кельи нищих. По ведомости 1754 г. о вотчинах Никитского монастыря в Фалелееве числилось 153 мужских души. В 1764г. село перешло в ведомство государственных имуществ.

    Церковь здесь существовала уже в начале XVII в. В писцовой книге 1628-1629 гг. сказано: «В селе церковь Великомученика Димитрия Селунского древяна клецки вверх, при церкви двор попов пустой». По описи 1702 г. церковь была довольно бедной, при ней только один колокол. В 1783 г. духовником Екатерины II протоиереем Благовещенского собора Иоанном Панфиловым построена новая, деревянная же, церковь, освящённая в честь Покрова Пресвятой Богородицы. Иоанн Панфилов (1720-1794) - член Святейшего Синода. Его отец, Иоанн Панфилов, родом из села Фалелеева Владимирской губернии, был в Москве причетником, затем священником церкви Введения Пресвятой Богородицы при лейб-гвардии Семёновском полку; с переводом в 1718 г полка в Санкт-Петербург перешёл на жительство в новую столицу; здесь 9-го апреля 1720 г. у него родился сын Иван, ставший впоследствии влиятельным духовным сановником. После домашнего воспитания, продолжавшегося до 12-ти лет, И. Панфилов в 1733 г., по распоряжению Санкт-Петербургского духовного правления, был внесён в список священно - и церковнослужительских детей Петербурга и всего новозавоёванного края, подлежавших к определению в Александро-Невскую семинарию для обучения. По синодскому указу 10 сентября того же года отобран у отца и помещён в семинарию. Здесь он учился в течение 1733-1739 гг. Ректором семинарии в 1733-1736 гг. был архимандрит Смелич, родом серб, а смотрителем за семинаристами и учителем латинского языка - известный датчанин, принявший православие, Адам Селлий, автор нескольких сочинений о России на латинском языке.

    С 1736 г. Александро-Невская семинария трудами ректора, архимандрита Стефана Калиновского, и вызванных им из Московской Славяно-греко-латинской академии его учеников Г.В. Кременецкого и А.С. Зертис-Каменского, впоследствии сделавшихся известными иерархами, получила прочное устройство и организацию. Иван Панфилов под их руководством обучался латинскому и греческому языкам, географии, истории, пиитике и риторике. В 1740 г. отец Панфилова был перемещён из Санкт-Петербурга к Московскому Благовещенскому придворному собору. С этим перемещением соединён был и переход Панфилова в Московскую академию. Здесь он изучал философию и богословие и окончил в 1744 г. курс образования - высшего, какое только было тогда возможно в пределах России. Воспитанники Александро-Невской семинарии и Московской академии, наравне с учившимися в Невской академии, предназначались к видной деятельности в церкви и государстве и были всегда на счету у церковного правительства. Полученное Панфиловым образование, положение его отца в Москве и личные его свойства обратили на него внимание московского архиепископа Иосифа Волчанского. Вскоре по окончании академического курса Панфилов произведён был - 31 марта 1745 г., 24-х лет от роду - во священники в Москву к церкви Успения Пресвятой Богородицы, что в Печатниках. Здесь он служил 7 лет. В период своего образования в Петербурге и Москве и своей московской службы Панфилов-сын, благодаря служебному положению отца, имел возможность получать сведения о придворных и политических событиях в отечестве, о политике правительства касательно церкви и духовенства, о положении и личных свойствах современных иерархов, о переменах в иерархии и о положении белого духовенства. Он и сам лично знал многих иерархов и кандидатов на такие должности. Из иерархов, знавших его лично, некоторые занимали в 1740-х гг. высокое положение в столице. Кафедру санкт-петербургской епархии с 1750 г занял бывший ректор Невской академии, преосвященный Сильвестр (Кулябка). Панфилов, уроженец Петербурга, известный по образованию и по служебному положению отца, 1 июня 1752 г. был переведён в Петербург и определён к Николаевской, что на морском полковом дворе, церкви. Положение священника на этом месте было заметным, от него требовались энергия и просвещённая деятельность.

    При церкви числилось в качестве прихожан не менее 3500 чинов морского ведомства, кроме их жён и детей. Храм был деревянный и обветшавший, но в самый год перевода Панфилова, 16-го апреля 1752 г., состоялся высочайший указ императрицы Елизаветы Петровны о построении каменной церкви на месте деревянной. После закладки 15 июля 1753 г. постройка храма производилась по распоряжениям и под наблюдением Адмиралтейств-коллегий по преимуществу на казённые средства, а отчасти на пожертвования. Это был первый величественный двухэтажный каменный храм в Санкт-Петербурге, долженствовавший служить к украшению новой столицы. Панфилов принимал живое участие в возведении храма, при котором был настоятелем, привлекал, в особенности своими проповедями, жертвователей. Строительство продолжалось до конца 1762 г., и о. Иоанн Панфилов, за труды проповедания слова Божия и за участие в построении, освящении и украшении храма 17-го марта 1762 г. был произведён в протоиереи. Настоятель новооткрытого храма стал известным в разных классах населения столицы и видным представителем петербургского духовенства. В 1-й половине 1762 г. был приготовлен к освящению и главный алтарь храма в верхнем этаже. Освящение состоялось 20 июля 1762 г., в первом месяце по восшествии на престол императрицы Екатерины. На торжество это в первый раз по восшествии на престол открыто перед народом изволила прибыть сама императрица, свидетельствуя этим своё усердие к церкви. Протоиерей Иоанн Панфилов здесь имел счастье впервые обратить на себя благосклонное внимание государыни. 26-го июля того же года петербургским архиепископом был назначен преосвященный Гавриил Кременецкий. Он лично знал Панфилова как своего ученика по Александро-Невской семинарии, ценил его и потому, что он учился в Московской академии (где и сам докончил свое образование, начатое в Невской академии), но в особенности потому, что Панфилов отличался усердием в проповедании слова Божия: в Морской собор всегда стекалось очень много богомольцев, а преосвященный Гавриил поощрял проповедание и обязывал к тому священнослужителей, получивших богословское образование. Протоиерей Иоанн Панфилов был на виду у членов Святейшего Синода, знавших его лично. Его знали многие из высших и придворных сановников как образованного пастыря и проповедника. Императрица посещала собор в торжественных случаях и оказывала свое благоволение настоятелю.

    В 1770 г., 25 февраля, она издала указ, коим повелевала: «Богоявленского собора, что в Морской, протопопа Иоанна Панфилова, которого мы определили быть нашим духовником, перевести в протопопы московского Благовещенского собора». По получении указа Святейший Синод определил объявить его духовнику и «послать для сведома указы к синодальным чинам, епархиальным архиереям, в ставропигиальные монастыри, в Коллегию экономии и в правительствующий Сенат - имя Панфилова стало известно духовенству всей России. Он умел не только поддерживать, но и с каждым годом усиливать благоволение к нему императрицы. Он стал одним из приближенных к престолу и влиятельным в церкви и духовенстве лицом. 21 июня 1774 г. последовал ещё «Указ нашему Синоду. Всемилостивейше повелеваем нашему духовнику, Благовещенского собора протоиерею Иоанну присутствовать в нашем Синоде». В Святейшем Синоде 23-го июня состоялось определение: указ объявить протоиерею Панфилову в Святейшем Синоде по-надлежащему, привести к членской присяге, а для ведома послать указы в епархии и в Сенат. В самый год назначения Панфилова синодальным членом он был украшен непосредственно императрицей золотым наперсным, осыпанным бриллиантами, крестом на широкой голубой ленте, который надевал при богослужении поверх фелони. Благоволение государыни к Панфилову непрерывно выражалось в разных формах. 1786 г. был ознаменован чрезвычайным, неслыханным дотоле знаком монаршей милости к представителю белого православного духовенства: 28 ноября канцлер А.А. Безбородко письмом уведомил И.И. Панфилова: «По отзывам её императорского величества я заключаю, что она хочет почтить вас отличным знаком её милости. Я для сего советую вашему высокопреподобию завтрашнюю обедню служить особою вашею, разумея просто, без собора; ибо, кажется, так положено, чтобы после обедни вас удостоить той почести». И действительно, 29-го ноября, после окончания литургии, которую совершал Панфилов в придворной церкви, государыня изволила самолично возложить на его голову украшенную драгоценными камнями митру. До этого времени митра служила украшением лишь святителей и архимандритов.

    Через месяц, 28 декабря, государыня соизволила лично повелеть Панфилову «при шествии её для обозрения губерний быть ему в свите её величества, в Киев и в другие места». Панфилов сопровождал государыню в путешествии в 1787 г. в Новороссийский край. На обратном пути императрица была в Москве, где 29 июня присутствовала в Успенском соборе на литургии, которую совершал московский архиепископ Платон в сослужении Панфилова. Духовник её величества, по тайному её повелению, в надлежащее время в литургии, первый, неожиданно и к изумлению молящихся, провозгласил Платона московским митрополитом. Всем присутствовавшим было ясно, что духовник Панфилов находится в особом доверии и благоволении государыни. Ни один духовник высочайших особ не был удостаиваем такого благоволения, как он. Чрезвычайным расположением императрицы он пользовался благодаря исключительно своим личным свойствам. Он был человек весьма образованный, наблюдательный, осторожный в словах и действиях, кроткий, обходительный, приветливый, почтительный к высшим лицам соответственно их положению, но с сохранением спокойного, тихого настроения и с сознанием своего священного сана и иерархического достоинства. Современники признавали отличительными чертами его личности кротость, благожелательность, постоянство в дружбе, участливое отношение к судьбам одних, но без ущерба справедливости в отношении к другим, снисходительность к недостаткам ближних и человеколюбие. Он был внимателен к лицам, подвергшимся неудачам в жизни, притеснениям и бедствиям, и обнаруживал готовность оказать им возможную для него помощь, но в пределах законов. Успехи его в жизни и постепенное возвышение в служебном положении не изменяли его нравственного настроения, ровного, спокойного характера и открывали ему более широкую возможность проявлять его добрые личные свойства. В отношениях к высшим иерархам он всегда помнил свою подчинённость, но без принижения и угодливости, и умел всегда сохранять неизменным раз приобретённое им благорасположение и внимание к нему иерархов, вельмож, придворных лиц и самой императрицы. Личной своей жизнью и служебной деятельностью он не подавал повода к каким-либо упрёкам или неодобрению, держал себя безупречно корректно. Лишь завистливость некоторых монашествующих лиц к его небывалому в белом духовенстве возвышению и наградам изобретала насмешливые, но безвредные выходки против него. Московский архиерей Платон, не любивший Панфилова, дал ему прозвище «попус митратус».

    Екатерина II, несмотря на отличительные «просвещённого времени» отношения её к церкви и духовенству, относилась к о. Панфилову не только благоволительно как императрица, но почтительно, уважительно и доверчиво как духовная дочь к своему духовнику и сердечно как человек к человеку. Она внимала его внушениям и советам и иногда задумывалась над вопросами, которые он делал ей на исповеди; принимала искреннее участие в его семейных событиях - воспринимала от купели крещения его сына, выражала соболезнование по случаю болезни его дочери, дозволяла ему приглашать её докторов и разрешила ему являться к ней, когда ему угодно.

    Императрица сделала своего духовника доверенным лицом в делах своей благотворительности и благочестия. Она нередко отсылала ему значительные суммы на вспомоществование бедным или с указанием лиц, которым назначена милость, или без указания - в распоряжение самого духовника по его усмотрению; часто она поручала ему быть её заместителем при крещении детей, удостоверяться в искренности обращения в православие взрослых лиц, передавать от неё иконы в благословение вступающим в брак и т. п. Панфилов по повелениям и от имени императрицы распоряжался заказами икон для дворца, для церковных учреждений и для личной раздачи государыни. Через него, как духовника, подносились императрице иконы, книги, благодарственные письма, проповеди и объявлялись подносителям выражения благоволения монархини. Она иногда допускала ходатайство перед нею Панфилова о воспособлениях монастырям и церквам из сумм Коллегии экономии или отличных её щедрот. Она доверяла ему тайны свои относительно некоторых иерархов и своей политики в отношении к церкви и духовенству, уважала его рекомендации кандидатов в епархиальные архиереи и имела его как члена Синода своим верноподданнейшим советником в делах церкви, вполне усвоившим её принципы касательно отношений государственной власти к церкви и способным легально, тихо, но и настойчиво поддерживать, проводить и осуществлять эти принципы при решениях текущих в Синоде дел. Благодаря отношениям к государыне и своим личным свойствам, Панфилов как синодальный член имел весьма важное значение в делах Синода во всё время своего состояния в нём (1774-1794). Он был бессменным и почти постоянно присутствующим на заседаниях членом Святейшего Синода. Одновременно с ним постоянно присутствующими и бессменными членами были только петербургский митрополит Гавриил (Петров) и архиепископ псковский Иннокентий (Нечаев).

    Прочие члены Святейшего Синода в течение 1774-1794 гг. сменялись довольно часто. Некоторые иерархи того же времени носили титул синодальных членов, но присутствие и занятия их продолжались недолго: они пребывали в управляемых ими епархиях. Другие же члены присутствовали очень непродолжительное время. Бессменность пребывания о. Иоанна Панфилова, сообщавшая ему опытность и знания в синодских делах, придавала его суждениям и голосу особенный вес и значение среди прочих членов Все монашествующее члены Синода, состоявшие в его составе за время пребывания о. Панфилова синодальным членом, были моложе его по летам, а члены из белого духовенства - ниже по иерархическому положению. Таким образом, о. Иоанн получал значение в синодских делах наравне с преосвященными Гавриилом и Иннокентием. С ними он имел доброжелательные отношения. Все трое получили образование в Московской Славяно-греко-латинской академии, все трое были из великороссов, отличались сходными взглядами, чертами характеров и нравственного настроения. Поэтому между ними не было разногласий, а господствовали мирные, спокойные и взаимно-уважительные отношения.

    Такие отношения, в связи с известным благоволением государыни к о. Панфилову, открывали ему возможность принимать деятельное и влиятельное участие в обсуждениях, постановлениях и решениях синодских дел. К тому же занятия о. Панфилова в Синоде составляли главный и почти исключительный предмет, которому он могло своему служебному положению посвящать свой труд и своё время, а преосвященные Гавриил и Иннокентий имели в ведении обширные епархии, по которым им приходилось разрешать множество дел. Им иногда необходимо было по делам своих епархий пропускать заседания Святейшего Синода; но протоиерей Панфилов всегда имел возможность являться в заседания. Синодские протоколы 1774-1794 гг. почти все подписаны о. Панфиловым, за исключением 1787 г., когда он сопутствовал императрице в её путешествии в Новороссийский край, и 1794 г., когда его постигла болезнь, сведшая его в могилу. Есть много протоколов, которые подписаны лишь тремя членами: иерархами Гавриилом и Иннокентием и духовником Панфиловым; есть немало, под которыми нет подписи или Гавриила, или Иннокентия, но имеется подпись Панфилова. Есть протоколы, заключающие в себе распоряжения от имени Святейшего Синода, подписанные одним Панфиловым. Знакомство с синодальными протоколами и делами за период времени с 1774 по 1794 г. вселяет убеждение, что о. Панфилов внимательно изучал каждое важное дело и был осведомлен обо всех предметах, по которым составлялись протоколы, им подписанные. Голос о. Иоанна в обсуждениях и решениях дел Синодом имел веское значение, в особенности при твёрдом и последовательном сознании им поставленных временем и правительством задач и мер, которые должны были проводиться Синодом в жизнь церкви.

    В течение всего XVIII в., до времён Екатерины II, русская церковная ерархия и духовенство - монашествующее и белое - находились постоянно в тревожном состоянии, не исключая и времени царствования императрицы Елизаветы Петровны, благочестивой и расположенной к церкви. Самым чувствительным был вопрос о положении архиерейских монастырских вотчин. Возбуждённый Петром I, но оставленный им без разрешения, вопрос о секуляризации церковных вотчин оставался в колебательном положении при его преемниках.

    Общее заведование церковными вотчинами в течение означенного времени не раз переходило от Святейшего Синода к государственным учреждениям и обратно. Крепко, упорно, с редким единодушием требовали оставить обладание вотчинами за иерархией и подвластными Синоду учреждениями выдвинутые Петром I на высоту русской церкви малороссы из киевских ученых. Они шли в отстаивании этого права наперекор постепенно усиливавшемуся в правительстве стремлению к переводу церковных вотчин в ведение государственной власти. Для успешного противодействия этому стремлению малороссы-иерархи старались удерживать и считали как бы своей монополией высшие иерархические посты в Синоде, в епархиях и в богатых монастырях и редко на них допускали монашествующих из великороссов. В Святейшем Синоде, членами которого были по большей части иерархи-малороссы, постоянно происходили пререкания между присутствием и обер-прокурорами не только до вступления Екатерины на престол, но и в первые годы её царствования до назначения её духовника Панфилова в синодальные члены. При назначении кандидатов в архиереи, в настоятели богатых и значительных монастырей и в ректоры семинарий члены Святейшего Синода обыкновенно избирали малороссов, а великороссы намеренно устранялись и предлагались лишь в исключительных случаях. Епархиальные архиереи сознавали себя в своих епархиях в полном смысле «владыками» паствы. С местными государственными властями они часто входили в пререкания, пользуясь недостаточностью законодательного распределения границ церковной и гражданской подсудности. В отношениях к белому духовенству они ставили себя на недоступную высоту, считая его вполне зависимым, подчинённым и подвластным - как бы крепостным и тяглым сословием. Посему белое духовенство было забито, беззащитно и сознавало себя е печальном состоянии. Между тем с распространением семинарий в великорусских епархиях и из среды великороссов стали выходить лица с образованием, не уступавшим киевской учёности малороссов, с пониманием унизительного положения духовенства и с надеждой на возможность выхода из него.

    Императрица Екатерина по вступлении на престол первым делом своей правительственной власти сочла нужным разрешить вопрос о переведении церковных вотчин в ведение государства и об уничтожении тяглого положения белого духовенства в отношении к епархиальным архиереям при деятельном участии иерархов из великороссов: Дмитрия Сеченова, Сильвестра Страгородского, и Гавриила Кременецкого. Протесты некоторых иерархов из малороссов (Арсения Мациевича и Павла Конюшкевича, архиерея Тобольского) сопровождались самой печальной для них участью: лишением сана, монашества, строгим одиночным заключением, повлёкшим за собой смерть. Высшее духовенство замолчало. Секуляризация церковных земель сопровождалась упразднением более половины монастырей. Екатерина II предначертала следующие меры: в Святейшем Синоде водворить между присутствием и обер-прокурором согласие и мирные отношения, на иерархические посты назначать и великороссов, в отправлениях епархиальных властей ввести определённость и ответственность перед Святейшим Синодом, в отношениях епархиальных архиереев с местными гражданскими властями установить взаимные приспособления, а в отношении их к духовенству и пастве - человеколюбие, снисходительность и гуманность; белое духовенство вывести из приниженного состояния и поставить под защиту высшей власти. В проведении всех перечисленных мер в действие и в жизнь оказал весьма важное содействие духовник императрицы Панфилов. Между всеми синодальными обер-прокурорами, бывшими до 1770 г., и присутствием Святейшего Синода весьма нередко происходили такие пререкания и столкновения, которые доходили до сведения высочайшей власти и оканчивались для большей части обер-прокуроров увольнением. В бытность Панфилова в составе Синода обер-прокурорами были статский советник С.В. Акчурин, статский советник А.И. Наумов и действительный статский советник, граф А.И. Мусин-Пушкин.

    В течение времени, когда Панфилов занимал место синодального члена, благодаря личному благоволению государыни к влиятельнейшим членам Святейшего Синода и в особенности к её духовнику, а равно и личным его свойствам, по которым он умел согласовывать мнения и умирять противоречия с наблюдением справедливости и законности, почти вовсе не происходило пререканий между присутствием и обер-прокурором, по крайней мере столь резких, которые бы обращали на себя особенное внимание государыни.

    Екатерина II с самого начала своего царствования не благоволила к иерархам из малороссиян, которых считала нерасположенными к предполагавшимся ею церковным реформам. В особенности роняли в её глазах иерархов-малороссиян резкие протесты Арсения Мациевича и Павла Конюшкевича против секуляризации церковных вотчин, почему она желала заместить иерархические посты в Святейшем Синоде, на епархиальных кафедрах и в штатных монастырях лицами из великороссиян, получившими образование в учебных заведениях великороссийских епархий. И вот, начиная с 1763 г., ей стали представлять от Синода кандидатов в архиереи по преимуществу из великороссов, с обозначением в докладах их народности, образования и пройденных должностей. Из 22-х лиц, посвященных в архиерейский сан в течение 1763-1774 гг., малороссиян было не более 5. В течение же 1774-1794 гг., когда в составе Святейшего Синода состоял Панфилов, было посвящено в архиереи 34 лица, и между ними малороссиян не более 4. Протоиерей Панфилов весьма внимательно относился к избранию в Синоде кандидатов в архиереи и пользовался значительным влиянием, по вниманию прочих синодальных членов к его обширным сведениям о лицах, которые могли быть представляемы Святейшим Синодом к назначению на иерархические посты. В период своего образования в Апександро-Невской семинарии и в Московской академии и во время семилетней службы в Москве Панфилов мог лично знать всех в то время служивших с ним и учившихся в означенных заведениях лиц, которые постригались в монашество в надежде на достижение иерархического положения. Во время своего 18-летнего служения в Санкт-Петербурге при церкви на Морском дворе он как человек образованный и наблюдательный, следивший за всеми переменами в иерархии и в назначениях в префекты и ректоры академии и семинарии, также лично мог знать всех архимандритов, которые вызывались Святейшим Синодом в Александро-Невский монастырь на очередь служения и проповедания слова Божия в Санкт-Петербурге. По назначении же его в члены Святейшего Синода ему обязательно представлялись, как и прочим синодальным членам, очередные архимандриты. Многие архимандриты, считавшие себя достойными кандидатами в архиереи, лично или письменно старались познакомить его с собою. Наконец, Панфилов, усердно занимавшийся поступавшими из епархий делами Святейшего Синода, имел возможность приобретать сведения о личных и служебных достоинствах кандидатов в архиереи и самих архиереев. Многие письма иерархов к о. Панфилову доказывают, что духовнику Екатерины считали себя обязанными весьма многие иерархи за архиерейскую степень или за перемещение из низшей по классу епархии в высшую.

    В 1775 г. издано Учреждение для управления губерний Российской империи. Страна была разделена на новые административные округа, губернии и уезды. С реформой предположено было согласовать и Церковное разделение на епархии и на округа духовных правлений и Установить соотношения между присутственными учреждениями государства и церкви в губерниях и уездах. С этой целью Святейший Синод циркуляром 1782 г. предписывал в епархии, чтобы духовные консистории и правления не вступали в не принадлежащие до них дела; в 1784 г. требовал, чтобы духовное начальство без замедления доставляло требуемые светскими присутственными местами сведения по делам и при открытии губерний в течение периода 1775-1785 гг. рассылал архиереям соответственных губерниям епархий указы относительно их участия в торжествах открытия губерний. В мае 1788 г. последовал высочайший указ - приводить разделение епархий в сообразность с новым разделением губерний. Во исполнение этого указа Святейший Синод предписывал епархиальным архиереям, чтобы они все свои действия и распоряжения по введению нового административного деления в государстве и церкви согласовали с действиями и распоряжениями губернских властей, входили в сношения с наместниками и губернаторами и, таким образом, вместо столкновений, обычных в предшествующие времена, сохраняли с ними мир и согласие. Во всех этих распоряжениях Святейшего Синода принимал участие протоиерей И. Панфилов.

    Его прилежному участию в обсуждении и решении дел в Синоде следует приписать улучшение церковного судопроизводства во времена Екатерины II. По духовному регламенту лица, подчинённые епархиальным властям, имели право жаловаться на них Святейшему Синоду. И «епископы таковым на себя челобитчикам должны сию свободу попускать и не удерживать их, ниже угрожать, ниже, по отшествии оных к духовному коллегиуму, печатать или грабить их домы». Но как принимались в Святейшем Синоде жалобы или апелляционные иски на епархиальных архиереев, свидетельствует указ Петра III Святейшему Синоду от 26 марта 1762 г: «Уже с давнего времени, к нашему неудовольствию и к общему соблазну, примечено, что приходящие в Синод на своих властей или епархиальных архиереев челобитчики, по долговременной сперва здесь волоките, наконец, обыкновенно без всякого решения, к тем же архиереям отсылаются на рассмотрение, на которых была жалоба; а потому в Синоде или не исполняется существительная оного должность, или, и того хуже, делается одна только повадка епархиальным начальникам; так что в сем пункте Синод походит больше на опекуна знатного духовенства, нежели на строгого наблюдателя истины и защитника бедных и невинных» и т. д. Под влиянием сего указа в царствование Екатерины II жалобы на епархиальные власти в Святейший Синод поступали в таком количестве, что Синод приходил в затруднение от их множества. В1774-1794 гг., в бытность о. Панфилова в составе Святейшего Синода, предписывалось епархиальным архиереям поступать в производстве дел по законам. В царствование Екатерины были устранены телесные наказания для духовных лиц. По ходатайствам Святейшего Синода было допущено участие учёных священников в уголовно-следственном процессе для увещания обвиняемых к сознанию их в совершении преступных деяний взамен пыток.

    В 1783 г. состоялся высочайший указ об учреждении Российской академии. При её открытии были провозглашены имена первых 34 её членов, среди них был и протоиерей Иоанн Панфилов. Он принимал участие в трудах академии по составлению «Словаря». Отец Иоанн был замечательным церковным оратором. Беспримерным по отношению к духовным лицам благоволением императрицы он пользовался до конца жизни. Скончался он утром 20 июня 1794 г., погребён на Лазаревском кладбище Александро-Невской Лавры.

    Василий Матвеевич Успенский в 1858 г. окончил Владимирскую духовную семинарию, с 1859 г. - священник с. Фалалеева Переславского уезда, с 1881 г. вышел за штат.

    В 1872 г. в с. Фалелеево усердием прихожан и благотворителей, вместо деревянной, устроена каменная церковь Покрова Пресвятой Богородицы с тёплым приделом Святого великомученика Димитрия Солунского. Причт в конце XIX в. - священник и псаломщик. Приход состоял из с. Фалелеева, в котором жили 92 крестьянина и 116 крестьянок. В селе были открыты 2 школы грамотности, в которых в 1893 г. обучалось 8 учеников.

    С 1881 г. в храме с. Фалелеево служил священник Василий Ландышев. В Фалелеево он был переведен из с. Пупки Шуйского уезда Владимирской губернии. В 1864 г. в семье о. Василия родился сын Евгений, в 1879 г. он окончил Владимирское Духовное училище, и поступил во Владимирскую Духовную семинарию, в 1884 г. перевёлся в Вифанскую Духовную семинарию, которую окончил в 1886 г.

    С 1885 г. священником в с. Фалалеево стал переведенный из с. Ченцы Шуйского уезда Стефан Иванович Агриков. Отец Стефан скончался 14 ноября 1893 г. Яков Федорович Федоровский в 1890 г. окончил Владимирскую духовную семинарию, с 1893 г. - священник с. Фалалеева Переславского уезда.

    В советское время храм с. Фалелеево закрыт и разорён.

    Храмы Переславского района

  • Г. Переславль-Залесский. Преображенский собор
  • Г. Переславль-Залесский. Собор Владимирской иконы Божией Матери и
    Церковь Благоверного князя Александра Невского
  • Г. Переславль-Залесский. Церковь Петра митрополита
  • Г. Переславль-Залесский. Церковь Преподобного Сергия Радонежского
  • Г. Переславль-Залесский. Церковь Сретения Господня
  • Г. Переславль-Залесский. Церковь Сорока мучеников Севастийских
  • Г. Переславль-Залесский. Церковь Покрова Пресвятой Богородицы
  • Г. Переславль-Залесский. Церковь Симеона Столпника
  • Г. Переславль-Залесский. Черниговская часовня
  • Троицкая слободка. Церковь Святой Троицы
  • Г. Переславль-Залесский. Смоленско-Корнилиевская церковь
  • Часовня «Крест»
  • Всехсвятская пустынь при станции Берендеево
  • С. Новоалексеевка. Алексеевская пустынь
  • С. Новоселье. Воскресенская пустынь Феодоровского монастыря
  • С. Ям. Церковь Смоленской иконы Божией Матери
  • С. Красное. Церковь Вознесения Господня
  • С. Глебовское. Церковь Рождества Пресвятой Богородицы
  • С. Семендяйка. Церковь Благовещения Пресвятой Богородицы
  • С. Веска. Церковь Святой Троицы
  • С. Голоперово. Церковь Трёх Святителей
  • С. Новое. Церковь Сошествия Святого Духа на апостолов
  • С. Ильинское. Церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы
  • С. Гагаринская Новосёлка. Церковь Рождества Христова
  • С. Яропольцы (Ярополец). Церковь Воздвижения
    Животворящего Креста Господня
  • С. Пожарское. Церковь Покрова Пресвятой Богородицы
  • С. Самарово. Церковь Святых праведных Иоакима и Анны
  • С. Веськово. Церковь Святого великомученика и Победоносца Георгия
  • С. Соломидино. Церковь Покрова Пресвятой Богородицы
  • Пос. Купанское (Усолье). Церковь Преображения Господня
  • С. Купань. Церковь Святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова
  • С. Гора Новосёлка. Церковь Пророка Илии
  • С. Ягренево. Церковь Рождества Пресвятой Богородицы
  • С. Городище. Церковь Рождества Пресвятой Богородицы
  • С. Перцево. Церковь Воскресения Христова
  • С. Добрилово. Церковь Богоявления Господня
  • С. Бибирево. Церковь Архангела Михаила
  • С. Иванисово. Церковь Покрова Пресвятой Богородицы
  • С. Ефимьево. Церковь Святой Троицы
  • С. Скоблево. Церковь Святителя Николая Мирликийского
  • С. Давыдово. Церковь Обновления храма Воскресения Христова
  • С. Калистово. Церковь Преображения Господня
  • С. Большая Брембола. Церковь Святой Троицы
  • С. Малая Брембола. Церковь Покрова Пресвятой Богородицы
  • С. Воронцово. Церковь Воскресения Христова
  • С. Нила. Церковь Казанской иконы Божией Матери
  • С. Ивановское. Церковь Святого великомученика Георгия
  • С. Фалелеево. Церковь Покрова Пресвятой Богородицы
  • С. Никульское. Церковь Святителя Николая Мирликийского
  • С. Кабанское. Церковь Рождества Божией Матери
  • С. Алексино. Церковь Покрова Пресвятой Богородицы
  • С. Спасское. Церковь Преображения Господня
  • С. Дубровицы. Церкви Казанской иконы Божией Матери и Святителя Николая
  • С. Твердилково. Церковь Рождества Пресвятой Богородицы
  • С. Филимоново. Церковь Святого великомученика Димитрия Солунского
  • С. Филипповское. Церковь Святых праведных Богоотец Иоакима и Анны
  • С. Лучинское. Церковь Святителя Николая Мирликийского
  • С. Елизарово. Церкви Святого великомученика Никиты и Святой Троицы
  • С. Славитино. Церковь Святого великомученика Георгия Победоносца
  • С. Романово. Церковь Воздвижения Креста Господня
  • С. Нестерово. Церковь Святителя Николая Мирликийского
  • С. Смоленское. Церковь Святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова
  • С. Рогозинино. Церковь Сретения Господня
  • С. Вашка. Церковь Святителя Николая Мирликийского
  • С. Романово. Церковь Тихвинской иконы Божией Матери
  • С. Троицкое. Церковь Святой Троицы
  • С. Лыченцы. Церковь Святителя Николая Мирликийского
  • С. Алферьево. Церковь Покрова Пресвятой Богородицы
  • С. Половецкое. Церковь Рождества Пресвятой Богородицы
  • С. Лучинское. Церковь Смоленской иконы Божией Матери
  • С. Дубнево. Церковь Святой Троицы
  • С. Рахманово. Церковь Казанской иконы Божией Матери
  • С. Брынчаги (Кадановский Погост). Церковь Преображения Господня
  • С. Копнино. Церковь Святителя Николая Мирликийского
  • С. Андрианово. Церковь Святителя Николая Мирликийского
  • С. Нагорье. Церковь Преображения Господня
  • С. Хмельники. Церковь Воскресения Христова
  • С. Ермово. Церковь Рождества Пресвятой Богородицы
  • С. Елпатьево. Церковь Вознесения Господня
  • Никольский Солбинский монастырь
  • С. Дмитриевское. Церковь Великомученика Димитрия Солунского
  • С. Малое Ильинское. Церковь Илии Пророка
  • С. Николо-Царевна. Церковь Рождества Пресвятой Богородицы
  • С. Загорье. Церковь Благовещения Пресвятой Богородицы
  • С. Даратники. Церковь Нерукотворного Образа Спасова
  • Погост Козьмы и Дамиана (с. Выползово). Церковь Богоявления

  • В начало



    Как вылечить псориаз, витилиго, нейродермит, экзему, остановить выпадение волос
     
    Навигация
    Rambler's Top100