Рюминское

Тихвинская церковь

Дата публикации или обновления 14.10.2021
  • Храмы Владимирской области
  • Создано с использованием книг протоиерея Олега Пэнежко.
  • Города: БоголюбовоВладимирКиржачМуромПокровСуздальЮрьев-Польский
  • Храмы Владимирской области.
    Город Александров и Александровский район.

    Церковь Тихвинской иконы Божией Матери

    Село Рюминское.

    Село Рюминское было завещано великим князем Василием Васильевичем Тёмным (1415-1462) жене, княгине Марье (дочери Ярослава Владимировича, удельного князя малоярославецкого), с которой он состоял в браке с 1433 г. У них родились Юрий, Иван (будущий Иоанн III), Юрий Младший, Андрей Большой Горяй, Семён, Борис, Андрей Меньшой, Анна. В 1485 г. Марья Ярославна умерла. Почти до конца XVII в. Рюминское оставалось в числе государевых дворцовых вотчин. В документах оно уже в середине XV в. называется селом, значит, в нём была церковь.

    В патриарших окладных книгах под 1628 г. записано: «Церковь святых чудотворцов Козмы и Дамиана в селе Рюминском... дани десять алтын с полушкою, по наказу гривна». Подобными записями церковь отмечена в 1641, 1642, 1654, 1692, 1712 и 1746 гг., что свидетельствует о её непрерывном существовании. По писцовым же книгам 1674-1678 гг. в Рюминском с деревнями значатся 114 дворов крестьянских, 2 бобыльских, 41 пустых, земли 1416 чети на поле, сена 3479 копен, лесу повёрстного на версту в длину и ширину. В 1676 г. царь Феодор Алексеевич во время своего богомольного похода в Переславль-Залесский ночевал в Рюминском. В книге Сытного двора около того же времени записано, что в селе на пустоши Горьево построены винокурня и мельница на р. Серой. В 1679 г. они отданы Успенскому монастырю Александровской Слободы. В 1688 г. цари Пётр и Иоанн Алексеевичи пожаловали Рюминское своему ближнему боярину, ставшему тестем царя Иоанна, Фёдору Петровичу Салтыкову «с деревнями, со крестьяны и с пустошьми, с пашнею, с сенные покосы и со всеми угодьями», «в род неподвижно» с правом продать, заложить и назначить в приданое, только не отдавать в монастырь по душе, в случае же отсутствия прямых наследников вотчина будет отписана на государя.

    Фёдор Петрович Салтыков, сын доверенного лица царя Алексея Михайловича боярина Петра Михайловича Салтыкова (ум. 1690), руководившего судом над патриархом Никоном, был комнатным стольником. Во всех источниках, описывавших время стрелецкого бунта 1682 г., сообщалось, что Фёдор Петрович Салтыков был убит стрельцами. Летописец (1619-1691 гг.) сообщает о событиях 15 мая 1682 г. в Кремле: «...стольника Федора Петровича стрелец прободе копием, и свергоша с Верху от Спаса к большому Успенскому собору...на копия же, не зная, чаяли - Нарышкин, а сказати сам про себя не успел, что Салтыков, исторопился; и извлечен за град на площадь, и положа на полсти, принесли по отцу в дом, глаголюще, яко не зная убиша, чаяли - Нарышкин».

    «Божья воля!» - сказал сказал умудренный годами старый боярин, и велел угостить пришедших. Значение слова «убить» в современном русском языке сузилось, об этом свидетельствует слово «убиться» - имеющее значение - сильно ушибиться. В XVII в. «убить» -не обязательно «до смерти», так было и с Фёдором Петровичем. Он был изранен, и потерял сознание, но выжил, и в 1683 г. был пожалован в бояре. На его дочери Прасковьи женили среднего сына царя Алексея Михайловича, Иоанна Алексеевича. Другая дочь, Федора Петровича, Настасья Фёдоровна Салтыкова, вышла замуж за Ивана Фёдоровича Ромодановского (ум. 1730), который и получил с. Рюминское за женой в приданое.

    Князь Иван Федорович унаследовал от отца, Фёдора Юрьевича Ромодановского звание князя-кесаря (во время отлучек царя Петра из Москвы, в походы ли, в Великое посольство за границу, в поездки ли по стране, боярин Федор Юрьевич Ромодановский становился наместником, правителем России, официально нося титул «кесарского величества»). По смерти Фёдора Юрьевича, Пётр I обратился к его сыну с письмом: «Как словесно вашему величеству били челом, так и письменно доносили, дабы благоволили дела приказу Преображенского принять так, как блаженной памяти отец ваш управлял».

    Иван Фёдорович был прямодушным, кротким и добрым, придерживался старинного образа жизни, очень любил охоту, имел прекрасно обученных ястребов и кречетов. Он смягчил нрав своего ведомства, применял пытки только в крайних случаях.

    В 1718 г. царь Пётр устроил князю-кесарю Ромодановскому торжественный въезд в Петербург по правилам приёма иноземной царствующей особы «первого градуса». Царь встретил князя Ивана с пышной свитой за городом, посадил его в карету на одну сторону, сам, с генерал-поручиком И.И. Бутурлиным, сел на места напротив. При въезде в Петербург, в честь высокого гостя был произведен артиллерийский салют, а когда Ромодановский вошел в царский дворец, то его встретила царица Екатерина Алексеевна, поклонилась в пояс, поднесла ему золотую рюмку с водкой. Ромодановский подолгу жил в Петербурге, принимал у себя царя, или на правах старого друга и выдающегося вельможи, положение которого было совершенно исключительным, запросто, без предупреждения и просьбы об аудиенции, навещал царя. По подписании Ништадтского мира, положившего конец Великой Северной войне, длившейся более 20 лет, царь Пётр, после благодарственного молебна в Троицком соборе в Петербурге, прежде всего отправился к князю-кесарю и доложил ему о заключении мира.

    В то время, как Ромодановский проживал в Петербурге, Москвой управлял вице-губернатор Иван Лукич Воейков, он не имел таких полномочий, какие были у князя Ивана Фёдоровича, и Москва постепенно приходила в упадок, о чём Воейков не раз докладывал в Сенат.

    Наивысшим взлётом служебной деятельности князя Ивана Фёдоровича была коронация в Москве императрицы Екатерины Алексеевны в 1724 г. В ноябре 1723 г. вышел манифест о коронации императрицы Екатерины Алексеевны. Коронация могла состояться только в Успенском соборе Московского Кремля. С весны 1724 г. Москву начали приводить в порядок. Уже в феврале Двор начал съезжаться в Москву. Коронация состоялась 7 мая. Царь Пётр сам возложил корону на голову Екатерины. Екатерина стояла пред Петром на коленях. Она плакала и пыталась обнять его колени. Он поднял её, улыбаясь, и подал ей эмблему царского достоинства - державу, но символ власти - скипетр -оставил у себя. Французский посол отметил, что над Екатериной, про-тиив обыкновения, был совершен обряд помазания, так что этим она признана правительницей и государыней после смерти государя, своего супруга. Начались многодневные пиры, гуляния и ассамблеи, всё это сильно утомляло князя Ивана Фёдоровича. Он управлял Москвой до коронации императрицы в 1724 г., и после окончания празднеств, попросился в отставку, чувствуя, что служба становится ему тяжела.

    После кончины императора Петра, когда на престол взошла императрица Екатерина I, князь Иван Фёдорович перестал называться князем-кесарем, но вскоре ему был пожалован высший гражданский чин, действительного тайного советника. Летом 1725 г. Иван Фёдорович вернулся в Москву, чтобы управлять Преображенским приказом. Князь подчинялся только императрице и был недосягаем и президентами коллегий и Сенатом. Только Верховный Тайный Совет добился от Ромодановского предоставления кратких выписок о наиболее важных делах, в 1726 г. князь Иван Ромодановский был награждён высшим орденом Российской империи - Святого апостола Андрея Первозванного. В 1727 г. император Пётр II снова назначил его генерал-губернатором Москвы. Летом 1727 г. в Московский Новодевичий монастырь была переведена монахиня Елена, бывшая жена Петра I, бабушка царствовавшего тогда императора Петра II. В начале 1728 г. в Москву переехал императорский двор для коронации нового императора, который совершил торжественный въезд в объявленную единственной столицей Москву, 4 февраля. Князь Иван приводил москвичей к присяге императору Петру II. В 1729 г. при полном изнеможении сил Иван Фёдорович попросил отставки.

    С его смертью прекратился род князей Ромодановских.

    Единственная дочь князя Ивана Фёдоровича Ромодановского, Екатерина Ивановна (1702-1791), вышла замуж в 1722 г. за графа Михаила Гавриловича Головкина (1699-1754). Село было частью её приданого. Головкин - в 1722 г. посол в Берлине, при императрице Анне - сенатор, в 1741 г. при правительнице Анне Леопольдовне произведён в вице-канцлеры, ему были поручены внутренние дела государства. Он советовал правительнице объявить себя императрицей. После переворота, устроенного цесаревной Елисаветой Петровной, его приговорили к смерти, но казнь была заменена вечной ссылкой в Сибирь с конфискацией имущества. В 1741 г. жена сопровождала его на Колыму. Императрица Елисавета прислала сказать, что Екатерина Ивановна непричастна к преступлению мужа, сохраняет звание статс-дамы и всё своё имущество, но ответом было: «На что мне почести и богатства, когда не могу разделять их с другом моим? Я любила мужа в счастии, люблю и в несчастии и одной милости прошу, чтобы с ним быть неразлучно». Проведя 15 лет в Среднеколымске, Екатерина Ивановна после смерти мужа привезла его тело, залитое в гробу мёдом, через всю страну, чтобы похоронить на родине, в Москве.

    В 1743 г. село пожаловано генерал-майору Алексею Яковлевичу Шубину (1707-1766). Сын бедного владимирского помещика из окрестностей Александрова, он начал службу в 1721 г. солдатом Семёновского лейб-гвардии полка, произведён в прапорщики. Красивая наружность, предприимчивость и ловкость сделали его первым любимцем цесаревны Елисаветы Петровны. Вскоре, по приказанию императрицы Анны Иоанновны, Шубин был арестован и отправлен на Камчатку, где насильно обвенчан с камчадалкой. Вступив на престол, императрица Елисавета вспомнила о Шубине. После долгих поисков его в 1743 г. привезли в Петербург и за «невинное терпение» произвели из прапорщиков прямо в генерал-майоры Семёновского полка, наградили орденом Святого Александра Невского и пожаловали богатые поместья, куда он и удалился в следующем году, уволившись от службы.

    После него село перешло к сыну, капитану Ивану Алексеевичу Шубину. Роду этих помещиков рюминская вотчина принадлежала до упразднения крепостного права в 1861 г.

    Церковь в 1754 г. сгорела, вместо нее поставили другую, приобретённую и собранную на новом месте на средства капитана лейб-гвардии Семёновского полка Ивана Алексеевича Шубина. Она была перевезена из упразднённого Симеоновского монастыря и освящена в 1777 г. в то же наименование (Святых бессребреников Козьмы и Дамиана).

    Храмозданная грамота дана преосвященным Антонием, епископом Переславским, 25 февраля 1775 г.

    В 1806 г. надворный советник Василий Иванович и гвардии прапорщик Пётр Иванович Шубины решили построить каменный храм, который и был освящен в 1808 г., тогда же возведена каменная колокольня. Престолов в храме было три: в холодной части в честь Тихвинской иконы Божией Матери, в приделах - Бессребреников Козьмы и Дамиана и Святителя Николая Чудотворца. В 1843 г. храм оштукатурен и стены расписаны, в 1870 г. роспись поновлена на пожертвование мещанина Сергиева Посада, уроженца с. Рюминского Алексея Яковлевича Боченкова.

    В 1871 г. на его же пожертвование сделаны новые иконостасы.

    Причта по штату полагалось - священник и псаломщик. На их содержание было: процентов с причтового капитала 50 руб.; от земли пахотной и сенокосной до 100 руб.; от хлебных сборов до 100 руб., от служб и требоисправлений до 500 руб., а всего до 750 руб. в год (конец XIX в.). Дом у священника был церковный, у псаломщика собственный на церковной земле.

    С 1869 г. при храме служил священник Феодор Загорский, он окончил семинарию со званием студента (т.е. в числе полутора десятка лучших учеников), награждён скуфьёй, был членом благочиннического совета. Им в 1870 г. открыта в собственном доме церковноприходская школа. В 1875 г. за неимением подходящего помещения она закрыта, но в 1884 г. вновь открыта в церковной сторожке. В 1885 г. в школе обучались 18 мальчиков и девочка. В 1900 г. протоиерей Феодор Загорский назначен, после кончины протоиерея Иакова Елпатьевского, настоятелем храма с. Орехово (ныне г. Орехово-Зуево).

    Его сын Николай Фёдорович Загорский (1886-1938) не пошёл по стопам отца, стал адвокатом, членом Московской областной коллегии защитников. Он родился в с. Рюминское (ныне Александровского района Владимирской области), проживал в Орехово-Зуеве по адресу: Сенная площадь д. 3, расстрелян в 1938 г. по обвинению в руководстве группой меньшевиков Орехово-Зуевского района и контрреволюционной агитации. Он был мужем учительницы биологии Н.Е. Загорской.

    Дочь управляющего имением Мария Никитична Амбарова (р. 1868) до 1907 г. занималась сельским хозяйством вместе с отцом, по 1919 г. была монашкой в Переславле, затем проживала в с. Рюминском с братом, впоследствии раскулаченным. Амбарова помогала церкви, община верующих избрала её старостой. Арестована 28 января 1932 г. Обвинялась «в антисоветской агитации и распространении контрреволюционных слухов». «Тройкой» при ПП ОГПУ по Ивановской области лишена права проживания в ряде областей России и выслана на 3 года.

    С 1934 по 1944 г. в храме с. Рюминское служил священник Вонифатий Иванович Соколов (1879-1970). Он окончил семинарию и, в 1905 г., Санкт-Петербургскую Духовную академию. Преподавал в Екатеринославской Духовной семинарии. Женился, был рукоположен во священника. Его супруга, Вера Георгиевна (1885-1950), сопровождала его при переводах с прихода на приход.

    С 1918 по 1934 г. о. Вонифатий Соколов служил в г. Козлове, потом в с. Рюминское Ивановской области.

    С 1944 г. - в Москве, до 1958 г. - в церкви Иоанна Воина, с 1958 по 1961 г. - был настоятелем Петропавловской церкви в Лефортово. В 1961 г. вышел за штат.

    Храм в с. Рюминском в 1950-е гг. закрыт и разорён, разрушена колокольня. В храме фрагментарно сохранилась роспись.

    В наше время храм возвращен верующим и восстанавливается.

    В приходе с. Рюминского, сельце Горьеве, была великолепная усадьба, построенная А.Я.Шубиным, с обширными хоромами, и чудным тенистым парком.

    В начало



    Как вылечить псориаз, витилиго, нейродермит, экзему, остановить выпадение волос