Свято-Никольский женский монастырь в селе Новое

Дата публикации или обновления 14.10.2017
  • Храмы Владимирской области
  • Создано с использованием книг протоиерея Олега Пэнежко.
  • Города: БоголюбовоВладимирКиржачМуромПокровСуздальЮрьев-Польский

  • Село Новое.

    Село Новое расположено при р. Селекше, в 12 км от г, Юрьева-Польского. В документах XIII столетия оно значится государевой дворцовой вотчиной; в конце XVII столетия пожаловано было братьям боярину Петру и окольничему Василию Абрамовичам Лопухиным. Пётр Абрамович Меньшой (ум. 1698) начал службу в 1658 г. стольником, потом стрелецкий полковник. С 1678 по 1680 г начальник Рейтарского приказа.

    С 1688 г. окольничий ведает Ямским приказом, потом приказом Каменных дел. С 1690 г. - боярин, начальник приказа Большого дворца и дворцового Судного приказа. В 1698 г. царю Петру была подана челобитная от священников Архангельского собора Московского Кремля, с прошением защиты от боярина Петра Лопухина, управляющий которого «убивает до смерти её (Архангельской церкви) крестьян, а суда на него нет». Боярин Пётр Абрамович был подвергнут пытке во время которой скончался. Василий Абрамович (1646-1698) начал службу в 1668 г. стряпчим, в 1676 г. пожалован в стольники. Во время стрелецкого бунта (1682) Василий Абрамович -стрелецкий полковник, «за верную службу в Москве безотлучно» пожалован поместьями.

    В 1689 г. - окольничий, глава Приказа Казанского дворца, с 1691 г. - боярин. В 1697 г после открытия заговора Соковнина подозрение пало на родственников царицы Евдокии (1-й жены царя Петра), обвинение не было доказано, но многие Лопухины высланы изМосквы на воеводства. В XVIII в. село принадлежало графам Фёдору и Ивану Андреевичам Остерманам. Их отец, Андрей Иванович Остерман, определял внешнюю политику России.

    Он был женат на Марфе Ивановне Стрешневой. После переворота, совершенного дочерью Петра I, Елизаветой Петровной, он был сослан в Сибирь, где и умер. Его сыновья. Фёдор (1727-1804), генерал-попру-чик, действительный тайный советник, сенатор, и Иван (1725-1811), вице-канцлер и президент Коллегии иностранных дел, не имели детей.

    В XIX столетии последнею помещицею с. Новое была Тютчева.

    Церковь в честь Святителя и Чудотворца Николая в селе существует издавна: она упоминается деревянной в окладных книгах патриаршего приказа в 1628 г. и 1654 г.

    В 1826 г., вместо обветшавшей деревянной церкви, усердием прихожан построена каменная церковь, с каменного же колокольнею. В церкви первоначально было два престола: главный в честь Святителя и Чудотворца Николая и с теплой трапезной в честь святых и праведных Симеона Богоприимца и пророчицы Анны; но в 1883 г. трапезная была расширена, и в ней был освящен еще один престол, в честь святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова. В этом виде церковь существует до ныне.

    В 1871 г. в семье священника с. Новое Василия Добронравова родился сын Вячеслав, в 1888 г он окончил Переславское Духовное училище, и в 1895 г - Вифанскую Духовную семинарию. В 1874 г. в семье о. Василия родился младший сын Александр, получивший образование в том же, что и старший брат, Переславском училище (окончил в 1892), и той же семинарии (1901).

    Главные святыни храма - 5 больших чудотворных икон Божией Матери. Из них одна - Иверская - местная, остальные (два образа «Всех Скорбящих Радость», Скоропослушница и Боголюбская были принесены из других храмов при их закрытии во времена гонений.

    Под Иверской иконой Божией Матери установлена памятная доска с описанием чуда, происшедшего после крестного хода с этой иконой и молебна на окрестных полях: «В память избавления от червей, посланных Господом Богом на поля хлеба в июле месяце 1888 г. По молитвам же Царицы Небесной 21 июля птицы небесные сих насекомых поели. В благодарность оказанной милости установлено празднество сей Божией Матери 13 октября каждогодне и тщанием прихожан в то же время положена новая риза позлащенная стоимостью во сто руб. серебром».

    Икона «Всех скорбящих Радость», на которой Богородица изображена стоящей в полный рост, со скорбно-задумчивым ликом, обращенным влево, как при Кресте Господнем, принесена из села Некоморно. Это село было расположено в 2-х км па юго-восток от села Новое и к настоящему времени полностью уничтожено и распахано (сохранился лишь фундамент храма и несколько могил кладбища). С появлением этой иконы в селе Некоморно связано следующее чудо: слепой девочке было трехкратное явление Богородицы, с обещанием исцеления, повелевающей найти Ее икону, обмыть и этой водой вымыть глаза. Девочка рассказала сон матери и священнику. Стали искать и с "большим трудом нашли в мастерской доску, с виду напоминающую икону.

    Изображение почти пропало, ее использовали как скамейку; на ней курили, и ямка, прожженная пеплом, до сих пор видна на шее образа Богоматери. Когда икону обмыли и этой водой умыли слепую девочку, она прозрела, а икона обновилась. Благодарные родители сделали на нее оклад. Еще одна икона «Всех скорбящих Радость» - без оклада, в каноническом изображении. Первоначальное ее местонахождение неизвестно, но известно, что ее, как весьма чтимую в округе, часто возили по деревням. Во время одной из таких поездок лошадь встала и не идет. Тогда пустили вожжи, и лошадь пришла к воротам храма села Ненашевское. Когда этот храм закрыли, ее перенесли в село Новое.

    В 1995 г. эту икону с некоторыми другими драгоценностями храма похитили, но милостью Божией воры были задержаны, и все возвращено. Икона «Скоропослушница» - афонского письма (вероятно из села Волствиново в 3-х км. на северо-восток от села Новое), икона «Боголюбская» из села Симы - точная копия с чудотворного первообраза. Особо почитаются также иконы «Троеручица» (из с. Семьинское) и местный образ святителя Николая в иконостасе алтаря летнего храма. По преданию, многие благочестивые люди удостаивались видеть тени, отходящие от образа Святителя и от образа Матери Божией на Иверской иконе, как от стоящих живых людей. В начале века в Новом селе насчитывалось около 80 дворов. Плодородные почвы Юрьевского Ополья давали высокие урожаи. Река Селекша изобиловала рыбой, на ней стояли мельницы. Луга обеспечивали крестьянский, скот кормом.

    Жили в селе зажиточно и храм поддерживали в должном благолепии. Само название «Новое», по преданию, село получило после страшной эпидемии холеры, уничтожившей почти полностью все население села и после которой село обновилось - вновь застроилось и заселилось. В послереволюционные годы село разделило участь сотен тысяч других сел и деревень: был организован колхоз, затем преобразован в совхоз, люди разъезжались, дома продавались, огороды зарастали, и в 1980-х гг. осталось с десяток домов и 1 -2 постоянных жителя (не считая церковных). В начале 1990-х гг. дачники разобрали все участки, вновь начали обстраиваться и обрабатывать землю. В Юрьев-Польском районе не закрывали во времена гонений только два храма - в с. Новое иве. Лыково. Отстоять храм удалось лишь чудом милости Божией и самоотверженным подвигом священника о. Сергия, церковных старост и прихожан.

    В конце 1920-х гг. старостой храма был Иван Тарасович Матвеев. Когда власти стали закрывать храмы, он, поняв, что ему не удастся отстоять свой храм, положил на сходе ключи. Взял их Григорий Ильич Семенов (отец Антонины, бывшей старостой при о. Гедеоне). Многое пришлось ему претерпеть: заставляли собирать огромные налоги, грозили высылкой в Сибирь, отняли зерно и корову, отняли все, а детей - 9 человек. Но он мужественно все терпел. На одном из вызовов засучил рубаху - «хоть режьте, а ключи не отдам!» Гонения усиливались. Тогда он на общем собрании прихода положил ключи от храма на стол и сказал, что отстоять храм не сможет и если ключи никто не возьмет, то он бросит их в пруд и оставит храм на волю Божию. (После ухода из старост Григорий Ильич стал пастухом, затем лесничим; скончался в 1949 г.). Ключи взяла девица Татьяна Семеновна Мочалова. Ей было около 80 лет, и приехала она из Сергиева Посада, где один старец предсказал ей, что она нужна в этом месте и спасется здесь лучше.

    Вскоре и ей пришла повестка: явиться с ключами от храма в Юрьев-Польский райисполком для их сдачи и закрытия храма. В скорби пошла старица за 12 верст в город. Примерно на полпути, на спуске от с. Пьянцино к р. Колокше, догоняет ее некий седенький благообразный старичок: - Далеко ли ты идешь? - спрашивает он. Вот, прислали повестку явиться в райисполком с ключами от храма.

    - Ты сама не подходи к столу, а жди, когда пригласят. Она так и сделала. Старосты других храмов с повестками подходили к столу, клали ключи и уходили - а она сидела и ждала. Когда кончился рабочий день, ее спросили:

    - Бабушка, а ты чего сидишь? - А я не знаю.

    - Иди домой, ты нам не нужна.

    Она ушла, и больше насчет храма ее не беспокоили. Кто был сей старец - сам ли Святитель Николай пришел защитить свой храм или кто-то другой - осталось тайной. Все же храм пострадал. В начале 1920-х гг. из него вывезли 2 воза драгоценной церковной утвари и все документы и летописи: затем в 1935 -1936 гг. сбросили колокола с колокольни. Были и вымогатели в местной власти. Назначат налог: не уплатите -закрываем храм.

    Приходилось прихожанам, которые в колхозе стали жить нищенски, продавать последнюю скотину и вещи, чтобы собрать деньги на уплату налога. Но народ жертвовал всем, и богослужение в храме не прекращалось. Народ содержал и храм, и священников.

    В эти тяжелые годы недалеко от Нового Села, в с. Алексино (Кольчугинский район) жил и служил великий старец-иеродиакон Израиль, долгое время подвизавшийся на Афоне и впоследствии ведший весьма строгую подвижническую жизнь, имевший дар прозорливости. Когда в с. Алексина закрыли храм, он ездил молиться в с. Новое, но не служил здесь. После открытия Троице-Сергиевой Лавры он перешел туда, принял схиму с именем Варнава и пребывал там до кончины. Приезжая в Новое Село, он останавливался у старосты храма Марии Кузьминичны Мочаловой, сменившей на зтой должности свою родственницу, Татьяну Семеновну, после ее смерти. Однажды ночью (это было в годы войны) Мария Кузьминична проснулась от звона разбившейся оконной рамы.

    В избу ворвались два вооруженных бандита и стали требовать у нее церковные деньги. Денег у нее не было, тогда они начали издеваться над ней и над двумя ночевавшими у нее детьми (3-5 лет). Ничего не найдя, они заперли всех в подполе и ушли. После пережитого ужаса Мария Кузьминична хотела переехать к своим детям в г. Колъчугино, но приехал о. Израиль и сказал: «Из этого дома и из Нового Села никуда не уезжай. Если суждено тебе быть убитой, тебя и там убьют, а здесь ты пострадаешь за Господа. А мне хочется тебя здесь подержать до монастырика». Это предсказание старца сбылось в точности. Мария Кузьминична прожила до прихода о. Максима и два года жила при нем, когда жизнь действительно стала походить на монастырскую -все стали ходить в черном и быть в послушании.

    Из ближайших предшественников о. Гедеона по служению наиболее известными были иерей Сергий, игумен Досифей и протоиерей Михаил. Отец Сергий Николаевич Колоколов, 1892-1944, был из церковной семьи, окончил семинарию, имел 8 человек детей, жил крайне бедно. От него требовали сдать ключи от храма, многократно сажали в тюрьму на 2 недели и более, детям не давали учиться, грозили ссылкой и расстрелом. «Стреляйте, а ключи не отдам», — мужественно отвечал он. Служил он с середины 30-х годов (примерно с 1936 г.) до самой своей кончины и сохранил храм. Похоронен о. Сергий в ограде храма за алтарем, его могила рядом с могилой о. Гедеона и могилой своей дочери — девицы Нины, умершей через несколько месяцев после его смерти.

    Игумен Досифей (Смирнов) служил сначала в сане иеромонаха в с. Ивачево (в 3-х км на северо-запад от с. Новое, в настоящее время полностью уничтожено), служил очень ревностно. В годы гонений смалодушничал: сложил с себя сан и стал вести соблазнительный образ жизни. Но по милости Божией вскоре опомнился и искренно и чистосердечно раскаялся. После войны его восстановили в сане, и в 1950-х гг. стал служить в Новом Селе в сане игумена. В конце 1950-х гг. в вышел за штат и жил в г. Юрьеве-Полъском. В1963 г принял схиму с именем Емелиан. Перед смертью тяжко страдал болезнью-водянкой, которую переносил безропотно: «Перед смертью надо помучиться за свои грехи», - только и были его слова. Скончался в 1966 г. и похоронен в городе.

    С 1957 по 1962 г. в храме с. Новое служил протоиерей Михаил Вознесенский (ок. 1910 - ок. 1984) - очень хороший, трудолюбивый, духовный батюшка. Он пострадал за веру: в тюрьме 10 ил и 15 лет сидел. Имел 9 человекдетей. Был большой труженик, мастер на все руки, начал капитальный ремонт и реставрацию храма. К сожалению, он прослужил в Новом Селе недолго - около трех лет. Пошел причащать больную старушку на дому, а к ней пришло еще трое. Он причастил их всех (а можно было только одного человека, по распоряжению властей). Сосед, живший через стенку, донес, сразу приехали из горисполкома, и о. Михаила сослали в Сыктывкар. В1960-х гг. о. Михаил выехал в Латвию в г. Лиепая, принял постриг с именем Митрофан и скончался в сане архимандрита. Ссылку в Сыктывкаре отбывал с такими духовно выдающимися людьми как архимандрит Таврион (из Глинской пустыни), епископ Владимирский Афанасий (Сахаров), о. Петр (Великодворский). После о. Михаила около года служил о. Борис. Он был кроток, служил благоговейно.

    Иеромонах Максим начал свое служение в Никольском храме с. Новое в июне 1963 г., было ему в то время около 50лет, и прослужил в нем до самой своей кончины, последовавшей 13 марта 1993 г. Его самоотверженное служение во славу Божию и на пользу прихожан было отмечено почти всеми церковными наградами: он был возведен в сан архимандрита, имел право ношения набедренника, палицы, митры, двух крестов с украшениями, служения литургии с открытыми царскими вратами, был награжден архиерейскими грамотами. Батюшка пользовался благосклонным отношением и уважением всех епархиальных архиереев, при которых служил: архиепископа Онисима (15 мая 1970 г. он был возведен в сан игумена), архиепископа Владимира (в 1980 г. в связи с 30-летием служения возведен в сан архимандрита с пожалованием митры), архиепископа Серапиона (пострижен в 1986 г. в схиму с именем Гедеон в честь ветхозаветного праотца).

    В 1980 г. определением архиепископа Владимира он был назначен духовником благочиния Владимирского округа Владимирской епархии и нес это нелегкое послушание со всею ревностию почти до самой кончины. Все знавшее его духовенство епархии, прихожане и приезжавшие к старцу паломники отзывались о нем с неизменной теплотой и любовью. У батюшки была какая-то особая, глубокая, ревностная и нежная любовь к богослужению, к храму, к иконам. В будничные дни, когда не было службы, он все равно приходил в храм в 4-5 часов утра, несмотря ни на какую погоду. Подходя к храму, все крестил кругом. Входя в храм, клал поклоны и начинал обходить иконы. У каждой иконы стоял подолгу, творя внутреннюю молитву, затем по нескольку раз лобызал ее и притрагивался рукой к священным изображениям. И так обходил все иконы в храме. «иконы - они ведь живые, -говорил батюшка, - говорите с ними, и Господь и Матерь Божия через них вам на все ответят». Обойдя иконы, он уходил молиться в алтарь или садился у печки. К 7 часам утра собирались паломники и церковнослужители.

    Батюшка всех благословлял и раздавал послушания. Просившие совета или лечения оставались с ним в храме. Домой он возвращался в два часа дня. Дома он так же утром и вечером обходил с молитвой все келейные иконы. Молился он и ночами. Одна из духовных чад старца рассказывала, что однажды среди ночи она проснулась от сильного благоухания и у видела старца молящимся на коленях перед иконами в ее келье. Но сам он скрывал свои подвиги. Богослужение о. Гедеона не было обыкновенным. Всенощная начиналась с полдвенадцатого дня. Прочитывались акафисты Иверской иконе Божией Матери - и Святителю Николаю. Дальше шла всенощная по полному чину (батюшка вообще никогда и ни в чем не сокращал никаких служб, после которой читались «Молитвы на сон грядущим». Умиленно пели «Царице моя преблагая..», подходили под благословение и шли ужинать и отдыхать (или на послушания). В половине второго ночи все снова собирались в храм. Подходили к батюшке под благословение. Читались утренние молитвы, затем акафисты Иисусу Сладчайшему и Матери Еожией. Во время чтения акафистов прочитывались синодики и помянники.

    После часов совершалась исповедь. Батюшка по разным книжкам и тетрадкам около часа давал душеполезные наставления для кающихся, чередуя их с пением тропарей. Читалось «Наследование ко святому причащению» и акафисты до самого начала литургии. Перед началом любой службы, прежде чем дать возглас, батюшка благоговейным шепотом произносил: «Господи, благослови нас! Матерь Божия, благослови нас! Святые ангелы-хранители, благословите нас! Святителю отче Николае, великий чудотворче, и вси святии, благословите нас!»

    Благодарственные молитвы для причастников прочитывались вместо 33-го псалма. После литургии служился водосвятный молебен, во время которого около часа читал он Евангелие (несколько зачал, по числу заказных записок. После молебна - панихида или отпевание. Таким образом служба шла 12-14 часов. Старец возвращался домой к 5-6 часам вечера, часто в полном изнеможении, а если в следующую ночь опять должна быть служба, то в десять вечера он снова уходил в храм. Но и при такой перегрузке службы не сокращались и не ускорялись. И всех приезжающих он старался ублажить.

    Ему говорили: «Батюшка, пожалей себя, отдохни». А он отвечал: «Меня Господь для того и держит, чтобы я. молился и помогал людям, меня Господь для этого и поставил, а иначе для чего я нужен?» Служение людям о. Гедеона, так же как и служение Богу, было самоотверженным. В какое бы время к нему ни приезжали, он всегда принимал, жертвуя и сном и отдыхом. А людей приходило ежедневно много. Шли со всей округи и с требами (ведь храмов почти не было), и для совета, и для лечения (в основном от порчи). Иногда приезжали целыми автобусами. В праздники храм не мог вместить всех прихожан. И для каждого находилось у него мудрое и теплое слово. Многие приезжали к старцу для монашеского пострига. В основном это были женщины. Мужчин он постриг немного. «И за всех них молюсь, - говорил он, - мне ведь за них отвечать».

    На требы батюшка ходил почти всегда пешком, не пользуясь транспортом, не переодеваясь в гражданскую одежду (несмотря на запреты тогдашних властей носить священнические одежды вне храма) и обязательно с сопровождающими, так как однажды на него бросился мужчина с ножом. Требы на дому совершал также истово, благоговейно и чинно, как и в храме. В конце ноября 1992 г. батюшка заболел. В храме он больше не бывал и очень скорбел об этом. Несмотря на крайнюю немощь старец не оставлял келейного правила. В Прощеное воскресенье 13 марта 1993 г. схиархимандрит Гедеон отошел ко Господу. Он похоронен в ограде храма за алтарем. Женская монашеская община, образованная старцем схиархимандритом Гедеоном, в 1995 г. получила статус монастыря.

    В начало



    Как вылечить псориаз, витилиго, нейродермит, экзему, остановить выпадение волос