Генерал-фельдмаршал граф Борис Петрович Шереметев

Дата публикации или обновления 16.06.2016
  • К оглавлению: Газета «Белгородские епархиальные ведомости»
  • К оглавлению раздела: Обзор православной прессы

  • Шереметев Борис Петрович, граф (1652-1719).

    Шереметев Борис Петрович.

    Генерал-фельдмаршал.

    Полководец, сподвижник Петра I, дипломат.

    Командующий центром русских войск в Полтавском сражении, участник взятия Нотебурга, Ниеншанца, Риги и других битв Северной войны.

    По распоряжению Петра I торжественно похоронен в Александро-Невском монастыре, что положило начало традиции почетных погребений в первом Пантеоне России.

    При Петре Великом мыслящее русское общество делилось на две части: одна безусловно отстаивала необходимость и пользу всех нововведений, от ремёсел, художеств, наук до законов и обычаев иноземных, другая, принимая охотно всё полезное в ремёслах, художествах, науках, не желала перемен в порядке русской законности и добрых обычаев народных.

    Сильный, миротворный ум Петра умел мирить эти противоположности и неуклонно шёл к своей цели; иноземная сторона при нём не обнаруживала явно своего торжества, русская сторона, из беспредельной любви и уважения к государю, молча и терпеливо следовала за ним по пути его быстрых преобразований, с готовностью и послушанием усваивала себе полезные вещественные и научные заимствования и подражания, заботливо устраняясь, в то же время, от заблуждений иноземных обычаев, образа жизни и философии, которые со времени Петра начали посягать на обладание умом и сердцем русского человека.

    К числу главных представителей русской стороны принадлежал и Борис Петрович Шереметев (родился 25 апреля 1652 г.). Старший сын боярина Петра Большого Васильевича Шереметева, возведённый царевною Софиею на степень боярина в 1688 году, а Петром Великим в звание генерал-фельдмаршала и кавалера ордена Святого апостола Андрея Первозванного в 1702 году за сражение при Эрренстфере 1 января, в котором он первый из русских одержал верх над шведами, и в графское достоинство - в 1706 году, первый российский граф (ибо Головин и Меншиков получили в 1702 году графский титул от римского императора), Борис Петрович Шереметев сочетал все добродетели гражданина с дарованиями великого полководца, и тонкость дипломата с мудростью мужа думного, был одним из образованнейших россиян своего века, советником и другом Петра и пользовался его неизменным благоволением до самой своей кончины.

    Оставляя в стороне обозрение его общеизвестных заслуг на военном поприще, обратим внимание на его личные свойства как человека и христианина. Сделав имя своё известным в России на поприще военном, Борис Петрович в 1697 году испросил у государя позволение отправиться в чужие края, с разумною целью обогатить свой ум новыми сведениями, в особенности по части военной. Возвратясь на Родину в 1699 году, Борис Петрович явился к государю в немецком платье, с Мальтийским командорским крестом, полученным от гроссмейстера, и с драгоценной шпагой, подаренной ему императором Леопольдом, и был принят с восторгом юным монархом.

    Но, отложив из уважения к царю русский кафтан и бороду, и обогатив свой ум положительными сведениями, в особенности по части военного искусства, Борис Петрович не увлёкся ложным блеском иностранного просвещения и до конца своей жизни остался истым русским боярином по уму и сердцу. Появление во владениях Шереметевых Белгородских земель связано с назначением Бориса Петровича Шереметева в 1687 году главным воеводой большого Белгородского полка.

    В Белгородском крае граф Борис Петрович Шереметев и в последующем его наследники и потомки владели десятками сёл и деревень, среди которых самыми крупными были слобода Алексеевка и слобода Борисовка.

    Историческая справка говорит о том, что слобода Алексеевка вместе с близлежащими слободами и деревнями перешли во владение графов Шереметевых в качестве приданого Варваре Алексеевне Шереметевой-Черкасской, когда она в 1743 году вышла замуж за Петра Борисовича Шереметева. Угодья Алексеевской вотчины в 1743 году насчитывали более 37 тыс. десятин земли. Ныне слобода Алексеевка выросла в районный центр - город Алексеевка с 38.2 тыс. населения. Основное имение Шереметевых на Белгородчине находилось в слободе Борисовка (в настоящее время - центр района с населением 26.2 тыс. человек).

    Борисовка перешла в собственность Борису Петровичу Шереметеву в 1705 году в виде штрафа, который местный полковник Михаил Яковлевич Кобелев должен был уплатить за сокрытие беглых шереметевских крестьян. Борисовская вотчина в дальнейшем увеличивалась за счёт покупок земель мелких служилых людей. В неё входили селения в Хотмыжском, Ахтырском, Харьковском, Белгородском и Корочанском уездах.

    К началу XIX века в Борисовской вотчине имелись 55822 десятины земли и 30408 душ обоего пола крепостных. Данные переписи конца XVIII века дают следующее представление об обширности хозяйства в Борисовке: лошадей 1411, волов 1913, пчелиных ульев 5928.

    Из Борисовки в Москву, согласно приказу домовой канцелярии, поставлялись: конфеты, груши в патоке, сливы в патоке, яблоки, раковые шейки, козы дикие, зайцы-русаки, куропатки, дрофы, отправлялось очень много ягод - земляники, клубники, разные сорта смородины, интересно, что в то время из Борисовки отправляли виноград, барбарис, голубику. Много изготовлялось пива, водки, наливок. Так в книге прихода и расхода за 1756 год указывается, что было принято вина 1553 ведра.

    Такое процветающее состояние Борисовской вотчины говорит о рачительности хозяина. Но Борис Петрович и в последующем его потомки заботились не только о материальном благополучии.

    С основанием Борисовской женской обители граф Б.П. Шереметев прислал из Петербурга в Борисовку живописца Игнатьева, а потом других живописцев для иконописных работ в возводимых монастырских церквах и обучения местных жителей иконописанию.

    Народ Белгородчины имел богатую культуру - это фольклор, народные песни и танцы, красочные бытовые обряды. Умея рассмотреть особо одарённых из крепостных крестьян, Шереметевы давали возможность развитию талантов.

    Из крепостных крестьян Борисовской вотчины Шереметевых вышли замечательные художники, композиторы, артисты. Среди них Степан Аникиевич Дегтярёв -композитор, дирижёр, педагог, певец; Гавриил Акимович Ломакин (1811-1885 гг.) - хоровой деятель, дирижёр, композитор, педагог; династия художников Хвостенко и другие.

    Степан Аникиевич Дегтярёв родился в 1766 г. в семье крепостных в слободе Борисовке. С семи лет пел в капелле графа Николая Петровича Шереметева, учился в школе при Шереметевском театре крепостных. В юности Дегтярёв был солистом оперы и актёром драмы домашнего театра Шереметевых. По завершении учёбы стал регентом хора, дирижёром оркестра, композитором, одним из руководителей музыкантских служб Шереметевых. С.А. Дегтярёву принадлежит не менее 150 хоровых сочинений.

    Гавриил Яковлевич Ломакин родился в 1811 г. в семье крепостных в слободе Борисовке. С десяти лет пел в столичной капелле графа Дмитрия Николаевича Шереметева, в 19 лет стал её регентом. Вскоре Ломакин был приглашён в ряд учебных заведений Петербурга. За успехи в работе в 27 лет получил вольную. О деятельности Г.Я. Ломакина - хорового деятеля высоко отзывались Г.Берлиоз, М.Глинка, А.Даргомыжский и др.

    Несметное состояние, принадлежавшее графу Борису Петровичу Шереметеву, было приобретено им самым доблестным образом: можно сказать, что не было пяди земли, ему пожалованной, которой бы не заслужил он усердием и кровью, но по духу благочестия, памятуя, что «всякое даяние благо и всяк дар совершен свыше есть, исходяй от Отца светов». Он был евангельски щедр и милостив к бедным, как благий и верный раб ущедрившего его Домовладыки Небесного. «Воздавая кесарева кесареви, а Божия Богови», Борис Петрович с пламенной любовью к Царю и Отечеству соединил любовь к Православной Церкви и её уставам и уважение к добрым обычаям предков; был благочестив, милостив, щедр и великодушен.

    Обозревая военное поприще Бориса Петровича, исполненное ряда самых блестящих успехов, становится очевидным, что рука Божия была с ним, и фельдмаршал благодарно признавал это в своих действиях: основание Борисовской Тихвинской пустыни, которую он устроил в честь досточтимой им иконы Богоматери, своей Заступнице и Пособнице, богатые, среброкованые Царские врата, принесённые им в дар любимой им Киево-Печерской лавре, суть дань благодарности Победодавцу за оказанные Им милости и вместе незыблемое свидетельство праотеческого благочестия фельдмаршала.

    О благочестии Бориса Петровича говорят и чудеса, явленные Божией Матерью через иконы, связанные с жизнью и деятельностью графа.

    История Тихвинской (Борисовской) иконы, начиная с Полтавского сражения, наполнена чудесами.

    Кроме того, история явления чудотворного образа Божией Матери, именуемого Моденская (Косинская), связана с Б.П. Шереметевым.

    Древняя Моденская икона Божией Матери греческого письма находилась в итальянском городе Модены в православном храме Всех Святых. Список с этой иконы был привезён Борисом Петровичем из Италии в Россию около 1700 года. В подмосковное село Косино эта икона была пожертвована императором Петром I.

    Святой Владычице угодно было прославить эту святую икону множеством чудес и исцелений.

    Особенно прославилась эта икона во время свирепствовавших в 1848 году эпидемий в окрестных сёлах и фабриках. Туда приносили чудотворный образ для общественного молебна и испрашивания заступления Царицы Небесной, и эпидемии прекратились. Через Косинский чудотворный образ получали исцеления люди, страдающие головной болью, болезнью ног, а также при отсутствии детей.

    В конце своей жизни, проживая в Москве, вне службы, Борис Петрович как бы искупая время, посвятил свою оставшуюся жизнь исключительно благотворительности: бедные семейства толпились вокруг палат его. Вдовы с детьми, лишённые надежды на пропитание, и слабые старцы, потерявшие зрение, получали от него всевозможное пособие. Герой был отцом сирот, принимал их в своё покровительство и по способностям определял к местам.

    Все эти высокие черты милосердия и увлекательная общительность его характера, делавшая его доступным всем и каждому, доставили ему ту нелицемерную любовь народную, о которой между прочим упоминает его дочь, Наталья Борисовна, в своих записках, как о вещи общеизвестной его современникам. «Вы довольно извещены, я надеюсь, пишет она, что отец мой очень был любим народом, и до днесь его помнят». Приветливость его простиралась до того, что часто разъезжая по Москве, окружённый множеством скороходов и домовыми войсками, останавливался он на улице и выходил из кареты, чтобы подать руку старому сослуживцу или оказать помощь просящему.

    Дом графа был прибежищем для всех неимущих: с одной стороны угождая желанию любимого им монарха, с другой свято почитая наследственную от предков добродетель хлебосольства, фельдмаршал жил открыто, но открыто именно по-христиански, то есть, для всех и преимущественно для не имущих чем воздать за стол его, на котором не ставилось менее 50-и приборов даже в походное время, садился всякий, званый и не званый, знакомый и не знакомый, только с условием, чтобы не чиниться перед хозяином. Обеды его, приготовленные лучшим образом, не обращались, из подражания иноземцам и по их примеру, в шумные пиры, но имели характер семейной простоты и вместе чинности, основанной на той благочестивой мысли, что пища есть дар Божий, и потому вкушение её должно сопровождаться не глумлением, а благочестивым настроением души. Фельдмаршал ненавидел излишества и не любил бесед, в то время обыкновенных, в которых кубки с вином играли главную роль. Сам Пётр столько уважал его, что никогда не принуждал пить, и во время праздников государевых Шереметев освобождён был от наказания осушать кубок «большого орла». Будучи другом и советником царя,

    Борис Петрович любил его прямо русскою душою, без лести рабского страха; Великий умел ценить эти редкие свойства своего полководца и чрезвычайно уважал его, и между прочим, всегда встречал и провожал до дверей своего кабинета - отличие, которого никому иному не оказывал. (Впрочем, государь некоторое время сердился на Бориса Петровича за то, что тот не устрашился гнева государева и не подписал суд царевичев (Алексея Петровича), говоря, что «он рожден служить государю, а не кровь его судить».)

    Борис Петрович Шереметев скончался 17 февраля 1719 года на 67 году от рождения. Смерть его горько была оплакана и Петром, и всеми русскими воинами, коих Шереметев так долго и так постоянно водил к победе, и всеми бедными и нищими обеих столиц, для коих он был отцом милосердным. Огорчённый монарх, узнав о чувствительной для него и России потере, приказал перевезти тело Шереметева в Санкт-Петербург, несмотря на завещание усопшего, чтобы его похоронили в Киево-Печерской лавре. Оно было предано земле со всеми почестями высшего звания 10 апреля в Лазаревой церкви Александро-Невской лавры, в присутствии монарха и всего двора, иностранных министров и генералитета.

    Завершая повествование о Борисе Петровиче Шереметеве, составленное, в основном, из сведений, находящихся в историческом описании Борисовской Богородицко-Тихвинской женской пустыни, напомним слова владыки Иоанна при освящении поклонного креста на месте обители: «Дай Бог, чтобы мы с вами не были бы «Иванами, не помнящими родства» и чтобы никто не смог нас разъединить.

    Чтобы мы не забыли свою историю и обретали новые силы для созидания настоящего и будущего».

    Алексей Богров


    С использованием материалов из газеты «Белгородские епархиальные ведомости» № 10 (156) 2009 г.

    В начало

    Православный интернет-магазин
     
    Rambler's Top100