Эффективность Сибири

Дата публикации или обновления 15.06.2019

Сибирь сегодня — это край больших перемен. Здесь быстро развивается промышленность, создаются мощные территориально-промышленные комплексы, прокладываются крупнейшие транспортные магистрали, растут новые города.

Особую значимость при развитии Сибири приобретают новые организационные и управленческие принципы, которые определены в постановлении ЦК КПСС и Совета Министров СССР «Об улучшении планирования и усилении воздействия хозяйственного механизма на повышение эффективности производства и качества работы».

Как же более эффективно развивать общественное производство в Сибири! Об этом рассказывает академик А. Аганбегян. Его рассказ записал специальный корреспондент журнала «Наука и жизнь» Н. Кудряшов.

Освоение Сибири - затраты и результаты

Сегодня Сибирь обеспечивает практически весь прирост топливных ресурсов страны. Если к концу десятой пятилетки добыча нефти в целом возрастет на 120—130 миллионов тонн, то за тот же период в Сибири — на 160—170 миллионов тонн, то есть за счет Сибири будет обеспечен не только весь прирост, но и сбалансируется снижение добычи в ряде других районов. Прирост добычи природного газа в стране в основном тоже обеспечивается за счет Сибири. Будущее развитие угольной промышленности страны в первую очередь связано с освоением Канско-Ачинского бассейна бурых углей и, конечно, с дальнейшим наращиванием добычи коксующихся углей в Кузбассе. На долю Сибири приходится более половины всех гидроэнергетических ресурсов страны.

Кроме топливных и гидроресурсов, Сибирь располагает большей половиной запасов древесины страны, значительными залежами железных руд, и особенно разнообразных руд цветных металлов. Вспомним также, что 20 процентов всех земельных ресурсов страны сосредоточено в Сибири: это и пахотные земли и знаменитые сибирские луга. А многочисленные бескрайние площадки для размещения промышленных предприятий на землях, непригодных для ведения сельского хозяйства! Наконец, в Сибири много пресной воды (более половины всего речного стока страны), а это весьма существенный фактор для развития промышленности и сельского хозяйства, для развития городов.

Но существует мнение, что освоение природных ресурсов Сибири связано с повышенными затратами в расчете на единицу продукции, а это соответственно вызывает снижение эффективности капитальных вложений и фондоотдачи. Иными словами, говорят, что окупаемость затрат в Сибири невысокая и ее приходится долго ждать.

Каково же положение с эффективностью производства в Сибири на самом деле? Как известно, эффективность складывается из двух компонентов: затрат и результатов.

Предположим, что при прочих равных условиях бурение скважины в Западно-Сибирском нефтеносном районе обходится вдвое дороже, чем, скажем, в Татарии. Но это вовсе не значит, что эффективность капитальных вложений в Западной Сибири ниже. Почему? Потому что все зависит от того, сколько из этой скважины будет поступать нефти. В Западной Сибири, как известно, дебит нефтяных месторождений (суточный выход нефти на скважину) выше, чем в Татарии. Следовательно, на единицу затрат полученный результат окажется большим.

Или, например, известно, что строительство в Кузбассе обходится дороже, чем в Донбассе. Но кузнецкий уголь в два раза дешевле донецкого, потому что он залегает более толстыми пластами и не так глубоко. Еще дешевле угли Канско-Ачинского бассейна, где пласты стометровой толщины почти выходят на поверхность.

И хотя строительство тепловых электростанций в Красноярском крае обойдется, видимо, немного дороже, чем в европейских районах страны, окупаемость затрат окажется немного выше благодаря дешевизне добычи угля и концентрации мощностей в производстве электроэнергии. То есть речь опять-таки идет о затратах и результатах, причем о результатах вполне определенных и даже получаемых в довольно короткий срок. Тому пример — развитие Западно-Сибирского нефтегазового комплекса.

За годы десятой пятилетки здесь будет извлечено из недр более 1700 миллионов тонн углеводородов в пересчете на нефть. Учитывая стоимость тонны нефти на мировом рынке, народнохозяйственный эффект за пять лет выразится суммой в 150—200 миллиардов рублей. И хотя капиталовложения, направляемые за пятилетие на развитие Западно-Сибирского комплекса, составляют весьма значительную сумму, все же их окупаемость оказывается высокой. Производимые затраты оправдываются в кратчайшие сроки. Кстати, отметим, что именно здесь пришлось особенно большие средства вложить в создание развитой инфраструктуры, и это быстро себя окупило. По расчетам нашего Института экономики и организации промышленного производства СО АН СССР, производительность общественного труда в народном хозяйстве Сибири примерно в 1,5 раза выше общесоюзных показателей. Это ли не показатель высокой эффективности общественного производства в Сибири?

Таковы затраты и результаты в Сибири.

Следует подчеркнуть, что эффективность производства в Сибири, достаточно высокая сегодня, может быть еще более повышена, причем весьма значительно. Как же этого добиться?

Комплексный подход к повышению эффективности производства в Сибири

Один из главных путей, ведущих к повышению эффективности производства в Сибири, — это достижение большей сбалансированности решений, устранение диспропорций, иными словами, комплексный подход, ориентирующийся на конечный народнохозяйственный результат. Именно из- за некомплексности решений приходится в ряде случаев идти на значительные затраты, которых в принципе можно избежать.

Приведу пример. Месторождение Медвежье вышло на проектный уровень добычи газа — 65 миллиардов кубометров в ход.

Здесь размещены девять установок подготовки газа стоимостью каждая примерно 40 миллионов рублей. Такие затраты в значительной мере связаны с тем, что многие конструкции доставлялись вертолетами.

Между тем по проекту перевозку всех конструкций предполагалось осуществить по автомобильной дороге. Но прокладка дороги осуществляется лишь после того, как месторождение вышло на проектную мощность. И, конечно, затраты на это строительство принесут значительно меньший эффект, чем он мог бы быть. Я не хочу сказать, что сейчас дорогу не нужно прокладывать. Нужно! Наличие дороги — это одно из главных условий надежного функционирования месторождения. Сейчас вахтенные смены доставляются вертолетами, в то время как можно было бы воспользоваться автобусом. Ведь месторождение Медвежье расположено довольно компактно. Почему же с таким опозданием началось сооружение дороги?

Потому что для этого не были своевременно подготовлены силы и средства.

В этом случае сказалось отсутствие координации усилий с целью комплексного развития месторождений. Подобное же развитие — это, по сути дела, часть крупнейшей региональной программы — создание в Западной Сибири главной топливно-энергетической базы страны. Уже говорилось, что для осуществления этой программы за пятилетие выделяются значительные средства. Эта программа по своим капиталовложениям больше, чем вместе взятые затраты на сооружение БАМа, КАМАЗа, ДАЗа, Атоммаша. В этой связи, думается, нет нужды доказывать необходимость целевого руководства столь впечатляющей по своим масштабам программой.

В постановлении ЦК КПСС и Совета Министров СССР о дальнейшем совершенствовании хозяйственного механизма поставлена задача разрабатывать в качестве важнейшей составной части перспективных планов программы развития отдельных регионов и территориально-производственных комплексов.

Поручено разработать предложения по совершенствованию организационной структуры управления, имея в виду в том числе создание органов управления целевыми программами.

На наш взгляд, целевое руководство может осуществлять комиссия, наделенная, конечно, высшими полномочиями, в состав которой войдут руководители министерств, осваивающих эту территорию, представители общесоюзных органов. Такая комиссия сможет принимать решения, обязательные для министерств и ведомств, исходя из конечного народнохозяйственного результата.

Она, скажем, будет собираться раз в две недели и решать вопросы: когда строить дорогу, раньше, чем установки для подготовки газа, или позже; перераспределять капитальные вложения в пользу речного транспорта или не перераспределять, если железные дороги не справляются с нагрузкой, и т. д. То есть осуществлять комплексный подход. При этом можно будет более успешно решать вопросы региональной технической политики. Эта комиссия могла бы иметь уполномоченных на местах, которые вместе с руководителями хозяйственных организаций и местными органами решали бы большинство вопросов.

Сибири – свою технику

Эффективность производства сегодня все более зависит от развития научно-технического прогресса, от совершенства техники и технологии. Это, можно сказать, ключ к проблеме. Яркий пример тому — опыт Сибири. Сибирские природные богатства необычны. Они, как правило, высококонцентрированные. Например, на севере Тюменской области сосредоточена пятая часть мировых разведанных запасов газа. Одно Уренгойское месторождение, подчеркну, одно месторождение, содержит объем природного газа в таком количестве, каким подчас располагают целые страны. К тому же, здесь невиданно высокие дебиты газа.

Но, чтобы взять этот газ, нужна новая техника. Можно, конечно, прийти в Уренгой со старыми мерками, с теми же техническими решениями, которые, скажем, применялись на среднеазиатских месторождениях, — все равно будет получена выгода.

Но при этом не удастся достичь эффективности более высокого порядка. Такую же параллель можно провести и по ханско-ачинским углям.

Иными словами, для Сибири требуется специально приспособленная техника, учитывающая суровую зиму, зачастую особые горногеологические условия. Наконец, эта техника и технология должна иметь высокую степень энерговооруженности, автоматизации и т. д., чтобы свести к минимуму трудоемкость того или иного производственного процесса.

Пока же подавляющая часть техники, направляемая в районы Сибири, мало приспособлена для здешних условий. Если взять, например, автомобили, то всего три процента от общего их количества, поступающего в Сибирь, выпускаются в северном исполнении с усиленными деталями из специальных хладостойких сталей. Конечно, производство таких машин обходится дороже, во это многократно окупается.

У неприспособленных машин в сильные, скажем, в 50-градусные морозы крошится резина, лопаются металлические детали, замерзает смазка. Между тем во многих районах Сибири подобная температура типична для определенного периода. И если вокруг болота, то при низкой температуре создаются благоприятные условия для работы. Именно зимой прокладываются ледовые дороги — зимники, по которым успешно продвигается техника.

И вот как преображается обычный автомобиль, чтобы работать, скажем, на 600-километровом зимнике Могоча —Чара, проложенном к знаменитому Удоканскому месторождению меди. Прежде всего водители красят кабину в красный цвет, чтобы с вертолета можно было легко заметить автомобиль. Затем изнутри утепляют кабину, в лучшем случае используя пористый пластик или же обычно войлок. Кроме того, в кабинах ставят двойные стекла » дополнительный подогреватель. И аккумулятор, который тоже боится морозов, делают подогреваемым — к нему подводят патрубок с выхлопными газами. Затем устанавливается лебедка, ибо без нее на сибирских дорогах невозможно обойтись. Расширяют бак для горючего или ставят дополнительную емкость. Я не говорю о том, что многие водители возят с собой бочку с горючим. И шины, в которые «обуты» большинство автомобилей, тоже приходится менять. Водители ставят, конечно, противотуманные фары, чтобы «пробивать» метель. И вот только после такой кустарной модернизации машины отправляются в рейс. В целом же, по подсчетам ученых-экономистов Якутского филиала СО АН СССР, ежегодные потери от неприспособленности грузовых автомобилей к условиям Сибири составляют более полумиллиарда рублей в год.

А вот пример, касающийся технологии.

Как известно, крупнейшая система газопроводов связывает север Тюменской области с европейской частью страны. Здесь построены компрессорные дожимные станции с поселками для обслуживающего персонала на расстоянии до 100 километров друг от друга. Строительство каждого такого поселка обошлось примерно в 20 миллионов рублей. Но в принципе, учитывая сегодняшний технико-технологический уровень, на этих компрессорных станциях можно было бы обойтись без постоянного присутствия людей. Только ремонтные бригады время от времени приезжали бы сюда для осмотра или предупредительного ремонта оборудования, которое, конечно, должно быть абсолютно надежным и максимально автоматизированным.

Примерно та же обстановка на станциях, где из газа после его извлечения отбираются конденсат, пары воды. На каждой такой станции, а их девять только на одном месторождении Медвежьем (север Тюменской области), работает обслуживающий персонал, который доставляется вертолетами. Для рабочих построены специальные помещения. Но в принципе и здесь можно обойтись без людей. Приборы должны контролировать ход этих процессов, а ремонтные рабочие — время от времени контролировать сами приборы, проводить профилактику и т. п. Таких примеров, когда люди работают там, где можно обойтись без них, довольно много.

И вообще уровень технической вооруженности труда, и прежде всего его энерговооруженности, должен быть в Сибири выше, чем в обжитых районах страны. Между тем в ряде отраслей, особенно в строительстве, эти показатели ниже в сравнении с европейской частью страны. Повышение энерговооруженности — вот один из источников увеличения эффективности.

Еще один источник — это поиск новых технико-технологических решений и быстрейшее претворение их в жизнь. Например, общесоюзную значимость приобрел поиск возможностей увеличения пропускной способности газопроводов. Давайте сделаем несложный расчет. Сейчас предельный диаметр газопровода не превышает 1420 миллиметров. При давлении 75 атмосфер труба такого сечения способна пропускать до 32 миллиардов кубометров газа в год. За эту пятилетку добыча тюменского газа возрастет с 38 до 155 миллиардов кубометров.

Значит, для пропуска такого количества топлива потребуется проложить четыре крупных трубопровода. А хорошо бы обойтись двумя нитками. Ведь что значит построить трубопровод? Во-первых, нужно привезти трубы, а для этого нужна дорога.

Необходимо подготовить ложе — глубокую канаву, пройти через болота, реки, где трубу приходится нагружать, чтобы она не всплывала, специальными бетонными тюбингами.

Что же касается затрат, то укладка километра газопровода во многих районах Сибири обходится в один миллион рублей.

Поэтому крайне важно решить проблему увеличения пропускной способности газопроводов. И вот в Институте электросварки имени Е. О. Патона сделано чрезвычайно важное с точки зрения эффективности изобретение — многослойные трубы, которые дают возможность повысить давление почти в полтора-два раза и тем самым резко увеличить пропускную способность трубопроводов. Ясно, что изобретение может принести колоссальный эффект. Но для этого нужно организовать производство таких труб, запорной арматуры, соответствующего автоматического оборудования, понадобятся более мощные газоперекачивающие агрегаты и холодильные установки. В общем, это огромная техническая задача. И для ее решения многое сейчас делается, в частности, уже налажено опытное производство многослойных труб, ведется строительство соответствующих предприятий и т. д. В подобных принципиально новых технических решениях как раз очень нуждается Сибирь.

В подтверждение этому рассмотрим еще один аспект, связанный с транспортировкой буровых установок. Эти установки очень тяжелы, хотя должны быть легкими, вплоть до возможности переброски их вертолетами. Для устройства и пуска буровой нужно доставить еще цементный раствор, топливо, различные дополнительные агрегаты. Как это наилучшим образом сделать?

На наш взгляд, используя транспорт на воздушной подушке. Западно-Сибирская равнина — идеальное место для использования такого рода транспорта. В мировой практике известны примеры эксплуатации платформ на воздушной подушке грузоподъемностью от 100 до 1000 тонн. Кстати, это очень простое устройство, но для его изготовления нужна промышленная база.

В Тюмени нашлась группа рационализаторов, которая организовала передвижку буровых подобным способом. Но это делалось кустарно, ие специализированно...

И вездеходный транспорт, столь важный и нужный в условиях Сибири и Севера, нуждается в совершенствовании. Машин-вездеходов пока очень мало, они ненадежны. Наконец, требуются мощные вездеходы для перевозка сборных грузов по крайней мере 30—50 тонн.

Одним словом, Сибири нужен свой «сибирский» транспорт. Когда шла разведка природных богатств Сибири, начиналось их освоение, можно было еще обходиться теми технико-технологическими вариантами, которые разрабатывались для повсеместного использования. Но сейчас, при столь обширном фронте освоения Сибири, крупнейших объемах работ, возникла настоятельная необходимость в разработке специальной научно-технической политики применительно к Сибири. В постановлении ЦК КПСС и Совета Министров СССР о дальнейшем совершенствовании хозяйственного механизма на Комитет по науке и технике возложены задачи по разработке программ для решения важнейших научно-технических проблем и проблем оптимального использования природных ресурсов. Одной из ключевых программ такого рода могла бы стать программа регионального технического развития применительно к районам Сибири. Разработку и осуществление такой региональной технической программы мог бы осуществить специальный отдел в Комитете по науке и технике.

Из блоков и легких конструкций

Особенно важно осуществление региональной технической политики в области строительства. Ведь в Сибири осваивается 12 процентов всех капитальных вложений страны, и эта доля будет неуклонно повышаться. Строить по-старому — значит, с одной стороны, просто не успеть, не решить задачи; с другой — израсходовать лишние средства. Выход видится в максимальной индустриализации строительства, и прежде всего в переходе к блочному способу. При таком способе сроки строительства сокращаются в три — пять раз при значительном снижении затрат. Блоки, изготовляемые на заводе, начиняются необходимой аппаратурой, оборудованием, затем перевозятся на места, а там из них, как из кубиков, собираются самые различные объекты. А раньше подобные объекты, например, насосные станции по закачке воды в пласт, строились из кирпича. Представьте себе: привозили кирпич на болото, вскрывали торф, чтобы дойти до грунта, и делали фундамент. На все это уходило 14—15 месяцев.

А сейчас забивают сваи, за это время приходят блоки. Скажем, шесть блоков формируют насосную станцию. Она с испытанным оборудованием уже практически готова и начинает работать через 2—3 месяца после необходимой отладки. Кстати, изготовление блоков в Тюмени обходится в ту же сумму, как и в европейской части страны, может быть, немного дороже.

Надо сказать, что в этом отношении в Тюменской области достигнут большой прогресс. В свое время там комсомольско-молодежное управление создало первые, довольно примитивные блоки. А сейчас такие блоки выпускает специальный завод, создано крупное объединение «Снбкомплектмонтаж». Поставлена задача: все объекты нефтяных месторождений должны быть в блочном исполнении. При строительстве установок подготовки газа и газоперекачивающих станций также намечено перейти на блочные варианты. Осуществляются интересные эксперименты: переход от относительно небольших блоков, которые помещались на железнодорожной платформе либо на большегрузном автомобиле,— к большим блокам весом от 100 до 1000 тонн, чтобы их перевозить на баржах и потом тракторами выволакивать на специальных санях в необходимое место и там устанавливать.

Кстати, при освоении нефтяных месторождений Аляски вес отдельных блоков достигал 1500 тонн. Был создан специальный трактор, точнее, гусеничный грузоход, который заезжал под этот блок, «взваливал» его на себя и перевозил по специальной дороге. Затем блок надвигался на подготовленное свайное основание и закреплялся.

К сожалению, тюменский опыт блочно-комплектного строительства не получил пока широкого распространения при освоении новых районов Сибири. На трассе БАМа, например, котельные, насосные, дизельные электростанции и другие подобные объекты строят по-старому — не в блочном исполнении. И это понятно — не создана соответствующая база по производству блочно-комплектных устройств.

Внедрение - блочно-комплектных устройств должно органически сочетаться с переходом к легким строительным конструкциям заводской готовности — из гофрированного стального листа, алюминиевых панелей с утеплителями, клееных деревянных конструкций, различных пластиков для отделки и т. д. Интересный опыт строительства крупных промышленных зданий поточным методом из легких конструкций накоплен, например, в Красноярске.

Создание специфической строительной индустрии для освоения Сибири и Севера, подобно блочному методу, разработка и осуществление единой технической политики в этом направлении — весьма назревший вопрос.

Ведь Тюменью или БАМом дело не ограничится. Сибирь необъятна, мы еще не начинали осваивать обширные районы ближнего Севера в Красноярском крае и Иркутской области, где может быть обнаружена новая нефтегазоносная провинция.

Поэтому, видимо, пора уже переходить к созданию крупных индустриальных баз освоения. Именно они — ключ к успеху в строительстве, причем базы гибкие, которые смогли бы обслуживать широкий район и продукция которых максимально была бы готова к употреблению.

Новое постановление партии и правительства по совершенствованию хозяйственного механизма создает благоприятные экономические и организационные условия для коренного улучшения дела в капитальном строительстве. Дело — за правильной технической политикой.

При осуществлении такой политики разница в затратах между Сибирью и обжитыми районами существенно уменьшится.

Что производить в Сибири?

Наконец, еще один фактор, значимость которого при определенной ситуации может стать решающим для роста эффективности. Этот фактор связан с выбором наиболее выгодных вариантов разделения труда между регионами страны. Вот простейший пример. Можно в Сибири заготовить бревно, а его сучья, комель и верхушку сжечь.

Заготовка этого бревна обойдется очень дешево потому, что в Сибири высока концентрация первоклассного леса. Но если это бревно погрузить в состав и отправить, скажем, в европейскую часть страны, то оно за время пути подорожает в четыре раза. И весь первоначальный эффект будет утрачен. Во-первых, часть древесины оказалась неиспользованной, во-вторых, деловая древесина, увезенная за тридевять земель, значительно подорожала и, может быть, стала убыточной. Но можно поступить иначе, создав на месте лесопромышленный комплекс. Сюда поступят хлыста с ветками и верхушками. Они будут разделаны на автоматических линиях. При этом ничего не пропадет — будут использованы сучья, ветки... Все в комплексе превратится в целлюлозу, фанеру, картон и т. д. Такой вариант, конечно же, окажется вдвое, втрое и более эффективней.

Подобный путь развития выбирают для себя в Сибири все больше и больше отраслей. Поэтому сейчас уже можно говорить о новом этапе развития Сибири, я бы сказал, об этапе интенсивного развития. Например, совсем недавно Тюменская область ограничивалась лишь добычей нефти и добычей газа. Попутный нефтяной газ сжигался. Но за десятую пятилетку в этом отношении произошли серьезнейшие изменения. Достаточно сказать, что мощности газоперерабатывающих заводов в Тюменской области к 1980 году составят около 18 миллиардов кубометров попутного газа — то есть здесь будет использоваться 80 процентов этого ценного сырья. А легкие фракции, которые отбираются из попутного газа, пойдут на Тобольский нефтехимический комбинат и превратятся в сырье для получения синтетического каучука и других высокоценных продуктов. После этого оставшийся сухой газ уйдет на Сургутскую ГРЭС и не просто сгорит, а даст энергию. Часть его уже направляется в Кузбасс, где помогает экономить 2 миллиона тонн кокса.

Это уже новый подход, заключающийся в более полном использовании сырья и, следовательно, в получении дополнительного эффекта.

Можно пойти дальше и подумать о строительстве мощного газоперерабатывающего комплекса в Тюменской области. Тюменский газ очень дешев. Но когда его начинают перегонять по трубопроводам, то с каждым километром он становится дороже, и уже где-то в районе Горького его стоимость (возрастает втрое. Правда, и тогда он все равно останется выгодным для использования. Но куда рациональнее было бы поблизости от места добычи газа производить из него ценные продукты, например, метанол, который можно использовать как горючее и как высокоценное химическое сырье.

Метанол — это жидкость, а ее можно передать по одному и тому же трубопроводу в четыре раза больше, чем газа. В этом случае можно говорить о новой, еще более эффективной ступени развития, потому что она связана с глубокой переработкой сырья.

Но я не хочу сказать, что в Сибири нужно обязательно производить конечную продукцию. Хотя в Сибири много леса, но нет нужды выпускать здесь мебель и снабжать ею центральные районы. Мебель следует делать в местах ее потребления. Нет смысла в Сибири шить одежду и возить ее в европейскую часть страны. Я за то, чтобы из европейских районов в Сибирь поставлялась красивая одежда. Не следует, видимо, в Сибири доводить химическую промышленность до состояния производства пластмасс, а из пластмассы делать готовые изделия, скажем, детали автомобилей и поставлять их на ВАЗ. Это невыгодно. Каждое производство в Сибири нужно довести до определенной наивыгоднейшей стадии. Для нефтехимии это во многих случаях производство полупродуктов. Например, в Сибири не следует производить бензин на вывоз. Гораздо выгоднее передавать сибирскую нефть в места потребления, скажем, в Полоцк, и там из нее вырабатывать бензин. Это гораздо выгоднее. То есть в каждом конкретном случае надо вести счет, думать об экономике, эффективности при едином условии — комплексном использовании сырья.

Успех зависит от человека

Успех в освоении Сибири во многом, если не во всем, зависит от человека, от его творческого отношения к труду, от того, как человек умеет использовать технику, и вообще от многого другого, в том числе и от настроения людей.

Надо сказать, что в Сибири за последние годы сделано очень многое для улучшения условий труда и быта. И результат уже заметен. Ведь еще пять лет назад в Сибири было отрицательное сальдо миграции: больше людей уезжало, чем приезжало. С 1975 года сальдо стало положительным, и оно растет: в Сибирь больше приезжают людей, чем уезжают. Это результат целенаправленных действий партии и правительства. В Сибири несколько лет назад на всех работающих были распространены районные надбавки к зарплате (раньше на это имели право только работники ведущих отраслей), во многих районах установлены повышенные районные коэффициенты.

Были также увеличены северные льготы. Кроме того, повышение зарплаты среднеоплачиваемым категориям и другие крупные социальные мероприятия начинаются с районов Севера и Сибири. Увеличился объем жилищного и культурно-бытового строительства и т. д. Совсем недавно принято новое постановление партии и правительства о дальнейшем развитии медицинской науки в районах Сибири и Дальнего Востока. Все это положительно сказалось на закреплении кадров в Сибири.

Многое сделано. Но успокаиваться рано.

Ведь в следующем десятилетии в силу демографических последствий войны прирост трудовых ресурсов будет в 3—4 раза ниже в сравнении с настоящим временем. Дефицит рабочей силы в связи с этим во многих районах страны возрастет и, если не принять специальных мер, может возрасти миграционная подвижность населения, особенно в Сибири. Есть и другая проблема.

Число людей, уезжающих из Сибири, уменьшилось, но еще много случаев, когда человек меняет один район Сибири на другой. А когда человек меняет район, он недели три не работает: собирается, едет...

Причем больше половины тех, кто меняет место работы (примерно 70 процентов), меняют одновременно и профессию. И это приводит к значительным потерям в эффективности. Приведу такой пример. Сейчас в Тюменскую область прилетают на самолетах бригады буровиков из Татарии, Куйбышевской области и из других мест.

И эти приезжие рабочие поначалу не могут освоить даже половину той нормы, которую выполняют тюменские буровики. Это сказано не в упрек приезжающим, они работают старательно. Дело в том, что требуется определенный период, чтобы приспособиться к тюменским условиям: к иному климату, иным породам, иным способам бурения, то есть приходится вырабатывать иные навыки.

На этом примере ясно видны последствия такой ситуации, когда человек, приспособившийся к условиям определенного района Сибири, уходит, а на его место приходит тот, которому нужно обживаться.

Текучесть кадров, думается, зависит от условий труда и быта: от того, насколько удобно жилье, как организовано снабжение продуктами питания, культурно-бытовое обслуживание, каковы возможности образования детей и собственного роста и т. д.

В этом отношении районы Сибири выглядят довольно неравномерно. Например, положение с обеспеченностью жильем, степенью его благоустройства сложнее там, где высок приток рабочей силы. И понятно почему: строители жилья просто-напросто не успевают за этим притоком.

Так вот, проблема заключается в сбалансированности социально-бытового уровня различных районов Сибири, в приведении его к общему знаменателю и в создании преимущественных условий жизни в Сибири — вот что в немалой степени поможет повысить эффективность.

Многое из того, о чем здесь говорилось, связано с будущим Сибири, которое часто называют грандиозным. И это так. О таком будущем надо заботиться уже сейчас.

Академик А. Аганбегян, директор Института экономики и организации промышленного производства СО АН СССР.

По материалам журнала «Наука и жизнь» № 10 1979 г.

В начало



Как вылечить псориаз, витилиго, нейродермит, экзему, остановить выпадение волос